Так как быть калекой на свидании с Марией ему совсем не хотелось, оставалось лишь найти специалиста среди студентов. Благо, у него были фрагментарные данные сигма-карты, позволяющие дать оператору возможность восстановления повреждений, но не проецирования полной копии.
Примерно как некогда солдатам указывали группу крови на нашивке.
Тадеуш не помнил, сколько времени прошло, но очнулся он уже в комнате. В своей и Лилии. Да. Даже не открывая глаз, он слышал, как девушка мурлычет себе под нос какую-то песенку. И от этого ему было еще больнее. От этого он еще сильнее чувствовал себя подлецом и мерзавцем.
Ведь тогда, будучи бесплотным духом, он мог заглянуть в себя без искажающей пелены 'Стрелы Амура'. И он понял, что все его чувства к ней с самого начала были ложью. Результатом эксперимента, почти увенчавшегося успехом.
Почти.
Он не хотел причинять боль этой милой и по-своему доброй девушке. Наверное, он смог бы притвориться… Лилия прекрасно умела распознавать ложь, но она помогла бы ему убедить себя же, что это правда. Он мог бы притвориться, если бы не одно но.
Те чувства, что защитили его разум в поединке с Джейком, были настоящими.
Не тот образ. Не тот образ…
— А, ты проснулся? — обрадованно воскликнула Лилия, после чего обернулась и протянула Тадеушу подносик с чищенными яблочками и стаканом апельсинового сока.
— Ага, — кивнул Сикора, стараясь сделать вид, что его ничего не беспокоит, — Спасибо за еду… и что потащила меня… Я, наверное, был жутко тяжелый… Я долго продрых?
— Недолго. Всего пару часов. С твоими ранами это даже не сон.
— А, на мне все заживает, как на собаке… Джейка, как я понимаю, не было? — спросил Тадеуш, достав телефон, после чего, потягивая сок, быстро проверил свою почту: мало ли, вдруг он что-то пропустил?
— Не было, — покачала головой девушка, — Видимо, его надежно закрыли от тебя.
— И на том спасибо, — улыбнулся поляк, после чего быстро набрал сообщение для Сони:
'Джейка взяли. Как у тебя успехи?'
Ответ был немного… своеобразным:
'Нормально. Мутирую в Дьявола'
Подняв же глаза, он наткнулся на изучающий взгляд Лилии.
— Ты мне что-то недоговариваешь, — сказала она.
— У меня есть несколько идей, но сейчас это всё на уровне предположений и гипотез, не более, — Тадеуш потер переносицу, — А ошибаться, учитывая Джейка, никак нельзя.
— Как скажешь, — ответила Лилия, отчего-то потускнев взглядом, после чего положила нарезанные дольки на тарелочку и встала с табурета, чтобы направиться к двери.
Тадеуш решил подождать с ответом Соне — вместо этого он встал, подошёл к собравшейся было уходить Лилии — и, приобняв за плечи, прижал к себе спиной, будто бы говоря 'не уходи'… При этом выражение его лица не изменилось ни на йоту.
— Так надо, — негромко сказала она.
— Уверена?
— Я не создана жить среди людей, — уклончиво ответила девушка, поводя плечами.
— Тогда я не вижу проблемы… — сказал Тадеуш, — Потому что я, судя по всему, не человек. И не только я.
— Я — человек, — покачала она головой, — Вот что это значит. Я не принадлежу ни одному из миров.
— А я — нечеловек, который всю жизнь был уверен, что он — медленно сходящий с ума человек. Так что мы сейчас примерно в одном положении. К тому же, разве не тебе я доверил свою спину? Оставишь её без защиты?
Из глаз Лилии брызнули слёзы.
— Я ничего не понимаю. Я хочу как лучше, а получается только хуже. Это Бред! Бред! Бред!
Закрыв слезящиеся глаза, девушка вцепилась в Тадеуша руками и впилась в его губы своими губами, как задыхающийся человек пытается вдохнуть воздух, а умирающий от жажды — впивается губами в бутылочное горлышко. И он ответил на поцелуй. Он не мог оттолкнуть ее сейчас.
Даже если все это было ложью.
Глава 11
— Ты бы хоть оделся, — хмыкнула Соня, едва Тадеуш оказался в ее комнате.
— А что, есть брэнды, шьющие одежду для духов? — улыбнулся в ответ Сикора, — Я бы не отказался ознакомиться с ассортиментом.
Да, он пришел к ней в виде духа. Тело осталось там, с Лилией.
— Ты ведь поняла это, когда меня увидела впервые, — несмотря на вопросительную формулировку, тон был скорее утвердительный.
— Нет, — покачала она головой, а затем вновь посмотрела в глаза духу. Глаза Сони изменились: радужка стала ярко красной, а зрачки стали вертикальными, словно у кошки, — Тогда я была Дьяволом в меньшей степени.
— А по мне, получилось даже мило, — улыбнулся поляк, осматривая глаза девушки, — Впрочем, как видишь, мы с тобой оба теперь ни там, ни там. Что планируешь? Продолжить метаморфозу?
— Для начала, избавить тебя от Джейка, — ответила она, движением головы отбрасывая волосы назад, — Благо, теперь у нас есть все необходимое.
— Есть, кстати, альтернативный вариант, — заметил Сикора, — Мне кажется, Джейк искренне считает, что именно он — нечеловеческая душа, и потому не боится попасть в Ад. Думаю, небольшое прозрение ему не помешает, а помимо этого… можно предложить ему 'спасение' от подобной участи, превратив в сигмафин.
Тадеуш пожал плечами, показывая, что вся эта идея — чистая импровизация.
— В принципе, и это возможно, но тогда связь ваших душ всё равно сохранится, — заметила Соня, — Не знаю, в какой форме она будет проявляться, но думаю, вам придётся остаться вместе.
— Не попробуешь — не узнаешь, а так как моя душа уже больше не столь привязана к телу, то, даже если меня затянет в сигмафин, я, скорее всего, смогу из него вырваться, — заметил Тадеуш, нагибаясь так, чтобы оказаться к Соне лицом к лицу, — а провести ритуал мы всегда успеем.
— Не думаю, что тебя затянет в него, — покачала головой девушка, — В конце концов, преобразование в сигмафин в определенной степени меняет и саму душу.
Кажется, эта фраза затронула какие-то неприятные воспоминания.
— Что ж, твое мнение по этому вопросу не может не обнадеживать, — Сикора позволил себе мягкую улыбку, — Кстати, тебе кто-нибудь говорил, что ты просто очаровательна, когда искренне беспокоишься о ком-то?
Соня вздохнула.
— Нет, не говорил… наверное, потому что я только вошла в тот возраст, когда должна получать подобные комплименты.
Она вновь посмотрела в глаза Тадеушу.
— К сожалению, сейчас я чувствую себя не очень хорошо… всё это странно… и от осознания, что я выгляжу как некто, отчаянно пытающийся вызвать к себе жалость, мне становится ещё хуже.
Сикора выслушал ее с самым серьезным выражением лица, после чего положил руку ей на плечо, стараясь, чтобы призрачная рука не провалилась куда-то в область груди девушки.
— Возможно, в чьих-то глазах ты и можешь казаться именно такой, но — не в моих. Ты ведь сама помогла мне выдержать, когда я был всего лишь хлипеньким, ничего толком не умеющим студентиком, который был уверен, что просто-напросто сходит с ума. Спасибо тебе, пани Соня.
— Так что ты решил? — улыбнулась она, — Тебе нужен Джейк-сигмафин?
— Я это решу, когда увижу его реакцию на 'великолепные' известия о дальнейшей судьбе его души… Но сейчас считаю этот вариант вполне жизнеспособным, — сказал Тадеуш и поцеловал ее. В губы. Выходило своеобразно, учитывая, что он был, по большому счету, бестелесен.
Этот поцелуй продлился всего пару секунд, после чего девушка удивленно отшатнулась назад.
— Ну… не могу я в тебе видеть воплощение всего христианского зла, хоть ты меня испепеляй адским огнем, — Сикора виновато улыбнулся, продолжая смотреть на пани Старки.
— Почему каждый тёмный дух пытается меня изнасиловать? — возмутилась она, — У вас что, другого способа выражать эмоции нет?
— Эй, вот уж что-что, а принуждать тебя я и в мыслях не держал! — ответил Тадеуш, не проявляя при этом никакой агрессии, но при этом не отпуская плечо девушки, — А что за дух к тебе приставал?