— Ты её знаешь, Джейд кличат, — уголки губ британца чуть разошлись в улыбке.
— Вот как… — хмыкнул макиавеллист, — Где она сейчас?
— Откуда мне знать? Моя информация уже три месяца как устаревшая.
— Вы еще расскажете мне подробно, что знаете, — пообещал Чезаре. Кажется, из двух версий, 'Он не признался, а издевается' и 'Он готовит какой-то подвох' верна вторая… Это хорошо.
— И, полагаю, вы в этом деле достаточно давно, чтобы понимать, что для вас же лучше будет рассказать по-хорошему. Кстати, положите трость: мономолекулярный меч слабо подходит к образу сдающегося.
Параллельно он отправил запись разговора Нарьяне. Рейко же сообщил, что Валькельхайн сдается, но на всякий случай благословение лучше активировать.
— Вряд ли вам поможет тот факт, что Джейд была в Лондоне, — заметил англичанин, разжимая руку.
— В любом случае, она должна была обеспечить как минимум связь, — возразил Чезаре, — Учитывая и Робина, и то, что она сама где-то здесь… Не думаю, что она выпустила вашу деятельность из-под контроля.
— По крайней мере, я о такой связи не в курсе.
— Сейчас вы лжете, синьор Смит, — спокойно ответил шпион, — Но подробнее мы поговорим позже. Сейчас я отведу вас в камеру.
Он жестом указал пленному идти впереди. Расслабляться он не торопился, понимая, что на месте Валкельхайна… На месте Валькельхайна он уже давно совершил бы попытку к бегству. Не дожидаясь, пока придется прорываться через безопасников. Однако бунт англичанина был куда… пассивнее. Он не шевельнулся. Лишь гадко ухмыльнулся. Провоцировал его подойти? Но зачем? Учитывая и то, что Чезаре в отличие от него был вооружен, и то, что он был физически сильнее, результат борьбы был бы очевиден. Конечно, у англичанина был еще 'дерринджер' в нагрудном кармане… Но он не успеет его выхватить. Слишком близко. Даже Мария не успела бы, при всех преимуществах своего статуса… Стоп.
Последняя деталь мозаики встала на свое место.
Вторая запись, на которой он убил Робина… И то, что он какое-то время лежал, приходя в себя… Совсем как… Проверить, в общем-то, было легко. Не переставая следить за пленным, Чезаре нажал на кнопку ЭМИ-излучателя. И Валькельхайн рухнул, как подкошенный.
Итак, предположение оправдалось. Валькельхайн не был предателем. Валькельхайн был всего лишь носителем. Поэтому различались вероятности: окончательной стала та, что хуже всего для них. В первой вероятности шпион одержал верх. Во второй Робин убежал без боя. Зато в окончательной… Робин убил его. И тогда один из сигмафинов — может, его сигмафин, а может, подброшенный, — захватил его тело. Видимо, в скором времени сигма-зомби, имени которого Чезаре не знал, нашел оператора сигма-проектора, готового без лишних вопросов запустить его сердце. А может, магия Альвы позволяет получить не только промежуточный результат, как это было с Робином. В любом случае, теперь он проиграл.
А затем Чезаре вдруг каким-то шестым чувством понял, что внутри Валькельхайна что-то шевелится. Мгновением позже это стало заметно и обычным зрением. Что-то шевелилось, готовилось к прыжку… 'Добыча…'
Кардинал отошел подальше, взял наизготовку калибур и включил 'форсаж'. Это что еще за 'Чужие'? Неужто контроллером был NI? Или сигмафин, как шкатулка Легиона, позволял создавать монстров?..
Во все стороны брызнула кровь, и в закатных лучах сверкнул металлический корпус робоскорпиона размером с хорошую собаку. NI огляделся, после чего уставился на шпиона, угрожающе нацелив лезвие на хвосте.
— Ой, да у вас мальчик, — в шутовском умилении воскликнул Чезаре, — Эй, существо, думаю, ты понимаешь, что фактор внезапности ты профукало?
Существо зашипело и прыгнуло. Видимо, оно так не считало.
Чезаре сделал шаг навстречу… И вдруг ясно почувствовал уязвимое место добычи. Не дожидаясь, пока мозг осмыслит поступившую информацию, рука повела фальшион в слабозащищенное брюшко скорпиона. Когда рядом с ним упали две половинки робота, шпион почувствовал, что он мертв.
— Нда… Ниточка обрублена.
Тем временем на крышу вывалила пятерка безопасников, отправленных Нарьяной. Чезаре представил себе, как ситуация выглядит для солдат, не подозревающих о проекте 'сигма-зомби', и усмехнулся.
— Это лишь пустая оболочка, главным был этот, — шпион кивнул на две половинки робоскорпиона.
Сам он тем временем был занят тем, что пытался своим свежеприобретенным чутьем проверить на признаки жизни… Меч-трость, выпущенный Валькельхайном. Подбирая оружие накануне выхода в деревню, он узнал, что такой клинок может быть как просто мономолекулярным мечом, так и сигмафином. Если второе, то есть шанс получить хоть какую-то информацию.
Увы, меч был обычной железкой без каких-либо признаков жизни. Но было что-то еще. Совершенно игнорируя тот факт, что труп с разорванной грудной клеткой пачкал его одежду (все равно красное на красном… почти по Плутарху), Чезаре протянул руку и стал искать предмет, который его инстинкт определил как живой.
Шпион аккуратно снял амулет с шеи коллеги. Слабенький. Скорее всего, с минимально-полезными свойствами. Но сейчас не свойства интересовали его, а информация. Если амулет был на Валькельхайне все это время, то он мог знать то, что уже никому не расскажет контроллер. Может быть, что-то из этого поможет выйти на Неуловимую Джейд.
— Полагаю, у вас есть инструкции, куда девать труп и его снаряжение, — сказал он, после чего направился в лабораторию Рейко.
Однако придя, он обнаружил в дверях целую толпу. Соня и несколько безопасников, один из которых нес на руках бесчувственное тело Лилии Лумхольц.
— Что случилось? — осведомился Чезаре, не спеша заговаривать о деле.
— Это была самозащита, — заявила Соня, — Она напала на меня с ножом. Кричала, что я 'не смею даже смотреть на него'.
— Ну, а вы что? — спросил шпион, прекрасно понимая, кого именно она имела в виду.
— Я… испугалась, — девушка покраснела и зачем-то спрятала руки за спину.
— Ожоги четвертой степени, сломаны рука и позвоночник, — пояснил безопасник, — Время с клинической смерти — примерно полторы минуты. Есть возможность оживить без потерь информации в мозгу.
— Кладите в стазис, я займусь, когда Ячжи восстановится, — ответила Рейко из глубин лаборатории, — Можно обеих.
По поводу 'охоты' она ничего не сказала, но заговорщически подмигнула.
— Да я вроде в порядке, — на теле Сони был порез, но даже для простого человека не опасный, — Я лучше пойду.
— Идите, — кивнул Чезаре, — И постарайтесь больше НЕ ПУГАТЬСЯ.
Когда толпа рассосалась, и в лаборатории остались только преподаватели, Рейко покачала головой и пожаловалась:
— Ужас… У меня уже рябит в глазах от однотипных схем студенческих травм.
— Ну, в таком случае, Ячжи хотя бы проявила оригинальность, — усмехнулся шпион.
— Хоть на том ей спасибо, — вздохнула ученая, усаживаясь на стул, — Хотя меня куда более интересует сама структура благословения… и то, почему она невосприимчива к ЭМИ.
— Ну, кажется, в данном случае это хорошо.
Чезаре подумал, что надо бы до бала позвать Марию на допрос амулета, но не смог заставить себя. Потенциально это может создать проблемы: он все сильнее чувствовал, что не может использовать ее в своих целях. Особенно сейчас.
— Это плохо, — покачала головой Рейко, — Любая уникальная способность союзников значит, что такая же может быть у врага.
— Это так, тем более что судя по всему, где-то в деревне есть как минимум одна неучтенная кицунэ, — согласился Чезаре.
— Необязательно кицунэ. Возможно, просто нечисть того же энергетического уровня.
— Насколько я понял, сущность проклятья связана с сущностью оборотня, — нахмурился мужчина, — А так как одна из мико, судя по упоминаниям, проявляет признаки такого же 'благословения', как у Уильямс… Я подозреваю их лидера: уж очень она себе на уме; но более подробные проверки сегодня уже проводить не буду… Как и в ближайшую пару месяцев, потому что сперва надо наладить отношения с храмом.
— Студенты тебя за такое четвертуют, — заметила она, — Многие из них уже в принципе не представляют, как можно проводить исследования без человеческого материала.