— Я знаю, что я делаю! — решительно ответила девушка, выставив в его сторону веник. Отчего-то мужчина остановился в неуверенности, будто не весил в два раза больше девушки, а веник был как минимум танто.
— Уходите отсюда. И передайте своим, что каждого, кто придёт сюда, ждёт смерть, — заявила названная Юной.
— Ну и зачем это всё? — приподнял бровь Кристиан, — Мы тут мирно поедим, купим пару вещей и уйдём. Совершенно незачем угрожать.
Вместо ответа девушка замахнулась веником, а затем со всей дури опустила его на стол… разрубая его на две примерно равные части, с ровненьким срезом между ними. Юна застыла в пафосной позе, в которой оказалась в последний момент удара.
— Уходите.
— А подметать им тоже можно, или после этого приходится полы менять? — слегка заинтересованным голосом спросил Сикора на японском, обламывая девушке весь пафос ситуации. Было видно, что поляка поведение девушки… ничуть не впечатлило.
— Пани, я всё же прошу вас успокоиться. Если у вас и местных жителей есть конкретные претензии — мы передадим их пани директору.
— Вы призываете тёмных ками на наши головы, — безапелляционно заявила жрица.
— Ками… — повторил телекинетик, — Не силён я в японской мифологии. Злые духи, видимо?
— Я — точно нет. Всякие призывы и обряды — это не моё, — Тадеуш покачал головой и повернулся к соседу, — Крис, ты ничем таким не балуешься?
— Не-а. Я вообще ещё даже не начал работы по своей теме, а там точно на духов ничего не завязано. Чистая физика.
Юна наклонилась вперёд. Несмотря на невысокий рост, она умудрилась бы угрожающе нависнуть над двумя сидячими здесь молодыми людьми… Вот только этот пафосный жест обломался об уже вставшего из-за стола Тадеуша. Еще немного, и она ткнулась бы головой ему в живот.
— Это вы так только говорите. Я вас предупредила. У вас последний шанс уйти отсюда одним куском, пока я не решила вымести вас собственноручно.
— Ну, раз мадемуазель просит, — Кристиан вытянул руку, и половинки стола отлетели в сторону, прислонившись к стене, — Всего доброго, мадемуазель 'острый веник'.
Он отошел к выходу, но Тадеуш пока не торопился уходить.
— Скажите, уважаемый, сколько у вашего плотника стоит стол сделать? — обратился он к хозяину заведения.
— Э-э-э… не зная, — кажется, тому потребовалось время, чтобы вообще вспомнить, как надо разговаривать, — Я не узнаваль.
— Тебе требуется индивидуальное приглашение? — поинтересовалась Юна, а затем указала веником в сторону выхода, — Вон отсюда!
— Видите ли, пани, — холодным тоном сказал Сикора, — Я за свою жизнь насмотрелся на хамов, начиная с моего брата, и, должен заметить, ваше поведение просто оскорбительно для того положения, которое вы занимаете и кого вы представляете!
Он понимал, что откровенно нарывается, но не сомневался, что за счет сил Джейка сумеет среагировать на любую агрессию со стороны девушки.
— Мне не требуется ваше одобрение, — она продолжала хмуриться, — В последний раз предлагаю уйти по-хорошему.
'Многовато раз она предлагает в последний раз', - подумал Сикора, но вслух сказал другое:
— А мне — ваше разрешение. Валяйте, пани, рубите человека прямо у всех на глазах, если вам такая охота показать силу. Только не огорчайтесь потом, что к вам начнут относиться так же, как к тем тёмным ками, от которых вы хотите защитить людей.
— Я предупреждала, — выплюнула девушка.
— Идиот! — одновременно с этим крикнул Крис.
Дальнейшие события уложили в пару мгновений. Сделав шаг вперед, жрица, как заправский самурай, нанесла удар веником из-за правого плеча. Кристиан вытянул руку, и ее движение замедлилось, но судя по удивлению на лице телекинетика, он ожидал большего. В мгновение ока превратив руку в когтистую лапу, Тадеуш перехватил веник в районе рукояти…
'Неслабо!' — поляк осознал, что по силе удара веник в руках хрупкой девушки ненамного уступает бейсбольной бите в руках Джейка. Не дожидаясь новой атаки, Сикора усилил ноги и спину, перепрыгивая через нападавшую… И зря, потому что в этот момент Кристиан снова задействовал телекинез.
В отличие от веника, по-видимому, бывшего сигмафином, тело девушки не имело никакой защиты от этой амагической силы. Отлетев назад, она ударилась спиной в грудь Тадеушу, после чего уже вместе они врезались в стол.
— Убытки! — простонал хозяин заведения.
— Упс… — произнес Кристиан, — Сколько?
Ответа Тадеуш не расслышал. Из-за большей, чем обычно, степени трансформации его нюх обострился, и в результате… От запаха женского тела с сильной примесью эфирных масел и ещё чего-то, предназначенного, видимо, для окуривания помещений храма, Сикора даже немного разомлел и, вместо того, чтобы жаловаться на свои синяки, заботливо спросил девушку на японском:
— Вы не ушиблись, пани? — пожалуй, это был самый неожиданный вопрос, который можно задать девушке, которая только что пыталась его, Сикору, зарубить. Ну, разве что после вопроса 'Не хотите выйти за меня замуж?', но такой вопрос был чреват последствиями при любом варианте ответа.
— Да что вы… — так и не договорив, возмущённая девушка вскочила на ноги, разрывая дистанцию между собой и Тадеушем, а затем взмахнула веником в сторону Криса, выбрасывая целый ворох прутиков.
— Может, закончим? А то Тадеуш не вынесет ещё одного припечатывания вашим телом, — ехидно осведомился телекинетик, залегая за столом. Судя по тому, что ее веник сделал с прошлым столом, это была слабая защита, но так как прутики были запущены на уровне груди…
— Пани-пани-пани… — выдохнул устало Сикора, поднимаясь на ноги и отряхивая штаны, — Стыдно же будет вашей наставнице за вас — вроде храмовая дева, а ведете себя, как школьная хулиганка. Не к лицу это столь благочестивой пани.
Правда, к концу этой речи ему пришлось торопливо взмывать под потолок, потому что следующая атака была нацелена в него. На этот раз девушка явно учла ошибки, и прутики вонзились в ноги поляка. А затем… Снова вмешался Кристиан.
Студент и жрица снова столкнулись, только на этот раз — лицом к лицу. Собственно, кроме её лица Сикора сейчас ничего и не видел, потому как волосы девушки загораживали обзор.
— Сплошные убытки! — услышал он голос трактирщика и только тогда осознал, что лежит на обломках стола. А жрица лежит на нем.
— А теперь обнимашки! — хихикнул телекинетик. Лицо девушки ткнулось в нос Сикоре, что ей явно не пришлось по нраву.
— Мирись-мирись-мирись, и больше не дерись!
Тадеуш, не ожидавший такого поворота событий, вместо задуманной реплики смог лишь что-то возмущенно промычать, явно разозленный поведением Кристиана не меньше мико. Как только телекинез отпустил, Тадеуш попытался отстраниться:
— Постойте в сторонке, пани… кажется, кто-то тут сейчас получит заочный урок манер… — сказал он на японском и попытался хищно посмотреть в сторону Кристиана, но волосы девушки загораживали обзор.
— Идите-ка сюда, пан Кристиан… — приторно-елейным голосом позвал поляк сводника.
— Ну не прямо тут продолжать погром, мсье Тадеуш, — усмехнулся телекинетик, но сделал пару шагов назад к выходу.
Отсаженная в сторону жрица не двинулась с места. Кажется, ей требовалось время, чтобы вспомнить, как вообще надо говорить и подобрать шаблон поведения вместо порванного. Пользуясь моментом, Тадеуш усадил девушку за ближайший сохранный стол и бережно, можно сказать даже нежно попытался разжать ее пальчики, сжимавшие метлу, и взять сей агрегат домашнего труда собственнолично:
— Пан хозяин, налейте, пожалуйста, пани деве чего-нибудь успокаивающего… — сказал Сикора и повернулся к Крису, недобро помахивая метлой, — а что касается вас, пан сводник, сейчас у вас будет урок польского языка. Начнем, пожалуй, со спряжения глагола 'отметелить'. Сейчас я вам покажу, как это делается…
— Не-не-не, Тадеуш, не-не-не-не… — ответил телекинетик, пятясь назад.
— Эй… это же моя метла, — как-то слабо возмутилась девушка, глядя на весь этот бардак.
— Слышишь? Верни девушке метлу, — с энтузиазмом поддержал ее Кристиан.