Тут я опомнилась, и погрозила себе, запретив думать о генерале. Так можно додуматься черт знает до чего! Я и боялась с ним встретиться и желала аж, до дрожи! Что теперь будет?
Пока же прошла в спальню генерала и увидела, что Маша встала и одевается.
— С Новым Годом! С Новым счастьем! — пропела я и бросилась её обнимать.
Она резко отстранилась и посмотрела на меня с укором.
— Ну, ты мать, даешь! — покачала она головой. — Тебе нельзя пить! Запомни!
— Я чего-то не то делала? — Села я на кровать с вытянутым лицом.
— Не то слово! И вообще, с вами, девочки, невозможно ходить в приличное общество. Одна напилась и свалилась под стол, другая лезла целоваться и объяснялась в любви всем, даже брату.
— Кто из нас что делал, я не поняла? — Испуганно пролепетала я.
— Ты — второе!
Она так это сказала, что я покраснела до корней волос и на глазах показались слезы.
— Мне так стыдно! — прошептала я. — Я ничего не помню! Это позор! Как я буду смотреть в глаза Сергея Витальевича?
— В его глаза ты будешь смотреть нормально. — Застегивала она платье и расплетала волосы. — Дай расческу.
— То есть как нормально? Он, что принимал это как должное?
— Конечно. Да еще и смеялся всем твоим выходкам, повторяя, что ты прелесть. Твой генерал, подруга, в высшей степени джентльмен. Я тебя поздравляю. И немного завидую. — Она показно вздохнула и качнула головой.
— А как же мой братик? — Стукнула я её по плечу. — Он что не понравился? Тогда зачем ты его весь вечер охмуряла?
— Охму…что? — Взметнулись её брови. — Ну и словечки ты выдаешь! Просто кладезь какой-то!
— Охмурять — значит кокетничать, притягивать к себе. Понятно?
— И ничего я не охму…кокетничала! — Надулась она, отвернувшись.
— Охмуряла-охмуряла! — Вставилась проснувшаяся Ленка. — Мы с Петей тоже заметили!
— Ну, ладно, — примирительно остановила я перепалку. — В общем, праздник прошел на высшем уровне!
Они посмотрели на меня и грохнули хохотом. Мы так смеялись, что к нам заглянули мальчишки, слегка приоткрыв двери.
— А что вы тут делаете? А? — спросил улыбающийся Петя.
Я тут же вспомнила знаменитый фильм «Добро пожаловать или посторонним вход запрещен», с той же самой репликой от задорного парнишки с удочкой в руках. Он постоянно появлялся в кадре, и его лукавая мордаха добавляла смеха всему фильму. Они еще успеют посмотреть этот фильм.
— Маша, можно тебя? — Увидели мы над Петиной головой еще голову и Славика.
Маша тут же подскочила и направилась на выход, потом резко развернулась к нам и показала язык. Мы замерли, а потом грохнули в голос и повалились на кровать. Маша быстро закрыла двери, чуть не прищемив нос Пете, а мы снова катались от смеха.
— Вот тебе и ответ! — Вытирала я слезы, продолжая смеяться. — Наша строгая староста влюбилась! И это замечательно! Теперь тебе надо влюбиться, и тогда будет комплект.
— А ты, значит, в генерала? Да? — Уставилась она на меня и прищурилась. — Я слышала ваш разговор. Да? Отвечай?
Она встала на колени и уперлась руками в боки.
— А как же Петя?
— А что Петя? — Пожала я плечами. — Мы же не любовники. Кого хочу, того люблю. Поняла? Да смотри не болтай, а то ты меня знаешь — язык вырву!
Она высунула язык и подразнилась:
— Мя-мя-мя-мя! Вырвет она! Тоже мне фря провинциальная! А что, вы уже целовались? — Заглянула она в мое сердитое лицо. — Ну, и как? Хорошо целуется?
— Не твое дело! — Я подскочила и начала одеваться. Платье и ожерелье лежали здесь же.
— А эти бусики тоже он подарил? — Попыталась выхватить жемчуг из моих рук. — Дай, посмотреть!
— Не цапай, а то будешь косолапой! — Быстро схватила их. — Это не подарок, просто дал поносить.
Но она уже сцапала и, рассматривая, цокала от восхищения.
— Эх, ты! Я бы выцыганила обязательно! Это ж, какие деньжищи стоят! Жемчуг-то не речной, морской, бусина к бусине, и золотая застежка. Да в два ряда! Попроси, пусть подарит!
— С чего бы это? — Забрала я из рук ожерелье и надела на шею. — И так спасибо дал надеть на праздник.
Я видела завидущие глаза Ленки и хвалила себя за то, что не проболталась еще и про шубу, а то сейчас был бы полный обморок этой особы.
— Давай одевайся! Пойдем завтракать.
Согнала я её с постели и кое-как застелила ложе.
Мы вышли вместе и прошли в зал. Там нас встретили бурными выкриками и поздравлениями с новым годом. Стол уже был накрыт свежей скатертью и выставлены закуски, блинчики, омлеты со свежими булочками и вчерашними пирогами. Кофейник полный напитка и чайник мной подаренный, переходил из рук в руки. Куски несъеденного торта теперь поглощались со скоростью курьерского поезда. Мы веселились, вспоминая вчерашнее празднование, подкалывали друг друга и смеялись.