Колдунья встретила Федю с надменностью королевы, снизошедшей до недостойного. С первого же взгляда она поняла, что имеет дело с чем-то непонятным и опасным, но из гордости храбрилась, пыжилась, строя из себя могущественную и великую прорицательницу. Если бы она не сомневалась в истинной вере, то наверняка раскусила бы убийственные намерения Феди и избавилась от него как можно скорее. Но она оказалась глупее, чем он ожидал. Ему осталось только слегка усилить ее чувство неуверенности в себе и раздуть до безобразия надежду на собственную неуязвимость.
Ведьму погубила самонадеянность и гордыня. Именно они позволили ему накинуть на ее шею удавку. Федя настолько презирал колдунью, что даже не стал применять гипноз, чтобы внушить ей мысль о самоубийстве. Нет! Она заслуживала самого грубого и безжалостного уничтожения. Как презираемое всеми кровососущее насекомое в виде клопа или комара. Избавление мира от столь бесполезного и досаждающего людям существа могло расцениваться только как благо. И он это благо для человечества совершил не раздумывая.
Теперь он начинает увлекательнейшую охоту на ведьм и ведьмаков, и это дело ему никогда не надоест – занятие, подобающее зверю и настоящему мужчине.
Глава 24. Сезон охоты на ведьм продолжается
После расправы над колдуньей Федя ощутил невыразимую свободу. Он словно умер… и родился вновь! С ненавистью и жаждой мести в ледяном сердце. Его дьявол вырвался наружу, убив в душе Бога. Осталось только оседлать зло и мчаться прямиком в ад, что Федя и сделал не без удовольствия, не видя для себя иного пути. Да и о каком аде может идти речь, если разобраться? Он просто избавляется от своих врагов, расчищает себе дорогу к счастливой жизни. И какая, в сущности, разница, где жить – в аду или раю? Лишь бы с комфортом.
После того как оковы любви к матери пали, глаза Феди прояснились от туманивших его видений и грез наяву: если уж самый близкий на свете человек не способен полюбить его, стоит ли ждать любви от кого-то еще? Ничего, теперь он будет любить сам себя, раз больше некого и некому.
Так как планы Феди были далеко идущими, он уговорил тетку Раису встретиться с матерью, участь которой была предрешена. Тетка впоследствии стала главной подозреваемой в ее смерти и умерла якобы от сердечного приступа. Одна убила себя сама, у другой – не выдержало сердце. И Федя здесь почти ни при чем. Гипноз – дело тонкое и недоказуемое. Поэтому преступления, совершенные с его помощью, раскрыть практически невозможно.
А чтобы впоследствии не разувериться в своей правоте, он намеренно сохранил дневники матери с ее убийственными откровениями. Пусть желтеют от времени страницы, выцветая словами и успокаивая невозвратным прошлым.
Теперь только деньги могли примирить Федю с жизнью. Деньги – основа основ, ключ ко всем дверям: почести, славе, исполнению желаний, покою и роскоши. Всегда прав тот, кто сильнее. А сильнее тот, у кого деньги. И Федя обратил свой взор на состояние отца: хоть и не сказочные богатства, но надо же с чего-то начинать. Соню он и в расчет не брал, словно ее не существовало.
Так как тайные убийства не принесли ему должного удовлетворения, он пристрастился к истреблению ворон, которых вокруг была тьма-тьмущая. Они почему-то сразу невзлюбили Федю, лишь только тот появился в доме отца, и все время гадили на него, когда он выходил со двора. Винтовка, подаренная отцом, оказалась кстати. Теперь Федя мог кое-как утолить жажду крови, ожидая удобного случая, чтобы расправиться с беспомощной мачехой.
Но упрямая Соня не желала подчиняться гипнозу и постоянно рушила его планы. Это было странно и необъяснимо, ведь она такая жалостливая и всепрощающая, что давно уже махнула на себя рукой, жила для других и выполняла чужие прихоти. Почему тогда Федя не в состоянии властвовать над ее разумом? В чем причина стойкости Сони перед чарами гипноза, которому подчиняются более сильные и крепкие?
Когда-то он читал, что античных богов чаще всего изображали с длинными распущенными волосами, указывая на их физическую стойкость и духовную твердость. Считалось, что именно в волосах обитает душа. И если их отрезать, то человек может лишиться психической и физической силы, поддержки богов. Так вот, оказывается, в чем дело – в ее длинной косе!
Коса Сони давно не давала ему покоя. И он поклялся, что когда-нибудь лишит мачеху ее главной силы. Именно злополучная коса являлась символом и оберегом, не допускающим к ней врагов, а плетение волос защищало ее от зла и темных сил. Отрезать косу – значило закрыть Соне путь к получению космической энергии. Именно волосы давали этой колдунье психическую устойчивость и магические способности, в этом Федя не сомневался. И чем длиннее волосы, тем больше она получала помощи извне. Потому-то Соня и уходила постоянно от опасностей.