Ей так надоело опасаться чего бы то ни было, что она откинула прочь страхи и сомнения, собираясь, наконец, высказать мужу все, что давно ее мучило.
– Да, могла уйти. Но я здесь, рядом с тобой. И даже пытаюсь помочь, чем могу, не прося у тебя ничего взамен. Не нравится мой вариант выхода из создавшейся ситуации, которую, заметь, ты сам и породил, так придумывай без меня. Ты ведь никогда особо не заморачивался, чтобы посоветоваться со мной, обсудить какие-то общие для нашей семьи проблемы. Зато всецело доверяешь мне заботу о себе и о своих родственниках. Безмолвный и никогда не жалующийся ни на что исполнитель. Робот, не имеющий права на эмоции, усталость и уж тем более на собственное мнение. Безропотная кукла, которой можно вертеть в разные стороны, а потом выбросить на свалку, если вдруг разонравится… Или в землю закопать, если очень провинится.
– Забыла, что в эту ситуацию, как в ловушку, загнала меня именно ты? Если бы я был уверен в твоей любви, не совершил бы эту непоправимую ошибку, которую теперь и исправить-то не знаю как. Только чтобы не потерять тебя, я отказался от всего, что имел.
Видя, что Федор успокоился и уже не смотрит на нее с ненавистью, Соня перевела дыхание.
– А может, и хорошо, что так случилось? – Федор пристально посмотрел на Соню. – Теперь я нищий, почти старый и с кучей проблем. А такого меня ты никогда не бросишь. Тебе не позволит сделать это твоя жалость.
Он сел за стол и, склонив голову, обхватил ее руками. Соня увидела, как на скатерть перед ним капают слезы. Смотреть на это было невыносимо, но Соня, у которой глаза почти всегда на мокром месте, вполне допускала, что и у сильных мужчин бывают минуты, когда они плачут.
– Не переживай, – она подошла к Федору и погладила его по голове. – Мы обязательно что-нибудь придумаем.
Он обнял ее за талию и прижался к груди. И снова Соня на обеих лопатках. Как же легко ее победить, если знать слабые места! Теперь Федор выложил перед Соней все карты и надеется, что сможет убедить ее поступить разумно…
– Видишь ли, дорогая, – продолжил он на следующий вечер прерванный накануне разговор, – ты сейчас очень на хорошем счету у мэра. Сергей Николаевич мне сегодня сам об этом сказал. И он собирается назначить тебя начальником финансового управления. Теперь даже никакого выкупа для Беловой не понадобится. Все сошлось как нельзя лучше. Что ты на это скажешь?
– То же, что и вчера: нет!
– Разве ты не думаешь о карьерном росте?
– Чего я хочу, так это родить ребенка.
– Так ты еще не все слезы выплакала?! Решила совсем себя покалечить?
– Я немного подлечусь и снова попробую.
– До самой пенсии будешь пробовать?.. Хотя это твои проблемы. Не думаешь о своем здоровье, пеняй на себя. А про должность я тебе вот что скажу: не согласишься на повышение – лучше совсем уходи с работы. Мне не нужна жена-истеричка, в которую ты, работая в этом гадюшнике, скоро превратишься. А ты непременно в нее превратишься, потому что тетки тебя после твоего отказа со свету сживут. Это сейчас они тебя боятся, так как ты можешь рассчитаться с каждой из них. А когда откажешься от должности, Белова скажет им: «Фас!», и тебя растерзают. Ты это-то хоть понимаешь?!
Соня промолчала, считая разговор бесполезным: они с Федором никогда не сойдутся в едином мнении, так зачем заниматься словоблудием? Она все равно поступит по-своему. Даже если придется расстаться с Федором.
И снова Соня задумалась о разводе. Она чувствовала себя заблудившейся в этой чуждой жизни, которую ей постоянно навязывали. Ну почему она не может идти своим путем, предначертанным только ей? Ни дома, ни на работе она не чувствует удовлетворения от того, чем занимается. И как долго это может продолжаться – месяцы, годы, всю жизнь?
Федор оказался прав. Впрочем, как и всегда. После отказа от должности Соню объявили персоной нон грата не только в управлении, но и во всей администрации. Белова не могла простить Соне пренебрежения к ее более чем лестному предложению и нашла вескую причину понизить ее в должности.
Вот только мэр города, для которого Соня стала свежей струей крови, пущенной в старый, погрязший во взятках и грехах дряхлеющий организм коллектива администрации, не только не огорчился, но и решил настоять на своем и показать, кто в Белом Доме хозяин.
Выбрать кого-то из «своих», значило срубить сук, на котором сидишь, а падать Подольский пока не собирался. Что ж, если Соня не соглашается добровольно принять эту почетную должность, он пойдет на хитрость – поставит ее перед фактом, ознакомив коллектив с распоряжением, которое гласило: «В связи с выходом на пенсию по состоянию здоровья Беловой Дины Дмитриевны, назначить на должность начальника финансового управления Иванову Софью Михайловну». И той ничего не останется, как вступить в должность.