— А если у тебя – ни того, ни другого?
Лили почувствовала, что должна вмешаться, но не придумала ничего лучшего, чем, смерив соперников презрительным взглядом, оставить за ними поле возможной стычки.
— Пойдем, Северус! Поищем другое купе.
Снейп уперся.
— Чего это я куда‑то пойду? – тонкие нервные пальцы сжали край сиденья – будто его собирались вытащить из купе силой.
— Ну, точно, – восхитился Поттер, – ни ума, ни силы! Его оскорбили при его же девчонке – а он сидит, как приклеенный.
Блэк согласно кивнул:
— Заклятием вечного приклеивания, ага. На его месте я бы тебе врезал.
Снейп не слез со скамьи – его просто столкнуло.
Лили сказала обеспокоенно:
— Сев, не надо!
— А он и не будет, – фыркнул Поттер. – Кишка… – и тут Северус врезал. На пробу. Снейп метил по губам, чтобы стереть с них идиотскую усмешку, но Поттер уже отворачивался к своим, и кулак лишь мазнул по щеке.
— Ну, ты… ну, погоди, задохлик!
— Хочешь драться – очки сними… водолаз! Я очкастых не бью!
Будущий гриффиндорец сорвал с себя очки и только что не швырнул их на консольный столик у окна. Лили автоматически придержала их, чтобы не свалились.
— А у тебя и не получится, змееныш!
— Драный кошак!
Снейп никак не думал, что ему и тут придется драться по–магловски, но палочки были в багаже, а Паучий Тупик – у него в крови. Мальчики стояли почти вплотную друг к другу. В проходе между сиденьями негде было ни развернуться, ни даже размахнуться. Северус, не размышляя, боднул противника головой в подбородок. Тот облизнул разбитую губу, распробовал на языке вкус собственной крови и в ответ заехал Снейпу в глаз. Глаз заискрил. Снейп отшатнулся, больше инстинктивно, чем сознательно вытянул ногу поперек прохода и по характерным звукам понял, что его недруг, запнувшись, врезался в столик. Еще не проморгавшись, Снейп бросился на него сзади, пытаясь стащить на пол и лупя по чему попало. Удачно проведенная подсечка – и оба оказались на полу…
— Грязная игра! – крикнул красавчик с кучей слизеринских предков, обрушиваясь на Снейпа – естественно, тоже с тыла. – Поттер, держись!
Снейп ожидал, что на него кинутся все четверо, но двое остальных сместились к самым дверям. Полненький мальчик защелкнул задвижку. И оба встали так, чтобы загородить стекло.
А Лили… Лили…
Лили забралась на сиденье с ногами, забилась к окну, в угол, туда, где девчонке самое место. Правильно: чтобы не прилетело за компанию. Подтянула под себя ноги, подобралась…
— Сев, сзади! – ее предупреждение запоздало на пару болезненных тычков по ребрам, а она сама – лишь на два этих слова.
Рыжая плакса – рыжая кошка – прыгнула сверху на того, кто случился ближе (это был Блэк) и вцепилась ему в волосы.
Блэк старался отодрать ее от себя – не драться же с девчонкой! – но не мог заставить выпустить из рук еще недавно уложенные волосок к волоску длинные черные пряди. А она зато пиналась! А еще она царапалась и даже пыталась кусаться! Она полностью блокировала второго противника, так что на долю Снейпа остался только задавака–Поттер.
Блэк, стиснув запястья сумасшедшей девчонки, заставил‑таки ее разжать пальцы, обхватил, прижимая руки, развернул спиной к себе, повалил на скамью…
И тогда Лили, зажмурившись, отчаянно завизжала.
Блэк отпрянул от нее, точно от пожарной сирены, Поттер, оглушенный, ослабил хватку, Снейп вывернулся, но подняться на ноги не успел.
Снаружи дернули ручку и сразу же заколотили в дверь:
— Что случилось? Откройте немедленно!
Пухленький повернул задвижку, и в раме открытой двери нарисовался старшекурсник. У Лили и Блэка перехватило дыхание – хотя и по разным причинам. Старшекурсник был прекрасен, как античный бог, и еще с порога уточнил свои полномочия:
— Я староста! Что здесь происходит? Почему у вас заперто?
Хотя в купе набилось целых шесть человек, божество обращалось преимущественно к Блэку.
— А он переодевался, — заявил Поттер, указывая на Снейпа, единственного в форменной мантии.
Снейп демонстративно одернул на себе форму и поправил воротничок.
— А почему это надо делать, сидя на полу? Блэк?!
— Сириус! – возмутилась белобрысая девица, заглядывая в купе из‑за плеча своего кавалера.
— Я при чем? – огрызнулся Блэк. Он кое‑как пригладил волосы и скроил хорошую мину… ну, не слишком хорошую мину – при плохой игре. Из рук вон плохой – но формально придраться к нему было трудно. Зато к двум другим…
Взгляд старосты сверху вниз обдавал леденящим холодом:
— Я хотел бы услышать объяснения.