Когда Вадим проезжал Парафиевку, возле сахарного завода проходил праздничный митинг, там собралось много народа, а воскресная Власовка была по-прежнему безлюдной, что было объяснимо — август, пора сбора урожая и переработки даров садов и огородов. И погода этому благоприятствовала. Лишь на одной улице ему встретилась ватага ребят на велосипедах, пронесшихся мимо, как вихрь. Ему вспомнилось детство, точно так он гонял здесь с друзьями на великах.
Вадим проехал мимо дома бабушки, представляющего собой сейчас печальное зрелище — крыша разобрана, зияющие оконные проемы. Половина плодовых деревьев в саду была выкорчевана — видимо, у нынешнего хозяина в планах было сделать там газон. По памяти нашел закоулок, заканчивающийся тупиком, и оставил там свой автомобиль, чтобы Алиса случайно на него не наткнулась. К бабушкиному дому вернулся пешком.
Внутри был настоящий погром — голые стены, никакой мебели, полностью сорваны доски пола, остались только лаги. Вести отсюда наблюдение за соседним домом было невозможно — Алиса сразу бы его заметила. Он вышел наружу, за домом нашел огромное кострище, где окончили свою жизнь мебель из дома и плодовые деревья. Недалеко стояла сбитая из досок времянка, внутри Вадим обнаружил металлическую кровать, перенесенную сюда из дома, и два самодельных топчана. Местоположение времянки не позволяло наблюдать из нее за входом в дом.
Вадим увидел прислоненную к тыльной стене дома деревянную лестницу и с ее помощью вылез на крышу, напоминавшую теперь ребра скелета диковинного доисторического животного. Обзор отсюда был отменный, и, передвигаясь, можно было вести наблюдение и за домом соседей. Вадим спустился на землю, зашел во времянку и, взяв соломенный матрас, снова залез на крышу, где устроил себе «лежку». На всякий случай он прихватил бинокль, хотя и без него видно было хорошо. Вадим лег на матрас, слева от себя положил бинокль, справа пристроил «тормозок» — литровый термос с кофе и пару бутербродов с сыром. До приезда Алисы оставалось еще несколько часов, солнце стояло высоко в небе и припекало. Вадим закрыл глаза и… провалился в сон.
Его словно что-то толкнуло изнутри, и он проснулся. Открыл глаза и зажмурился от слепящих лучей садящегося за горизонт солнца. В первые мгновения он никак не мог сообразить, где он, но сразу все вспомнил, когда снизу донесся скрежет открываемых металлических ворот. Через минуту послышался приглушенный звук автомобильного двигателя. Вадим осторожно приподнялся, посмотрел вниз — в соседский двор заехал красный «Нисcан-Микра». Из машины вышла Алиса, закрыла за собой ворота, подошла к входной двери, повозилась с ключами и вошла в дом. Он увидел, как она поочередно раздвинула занавески на окнах, впуская внутрь больше света. Вадим взял бинокль, пытаясь с его помощью увидеть, что делается в доме. Увеличение бинокля позволяло это сделать, но надо было найти более подходящее для этого место. Подниматься в полный рост было опасно — вдруг Алиса в этот момент случайно посмотрит вверх? Так что Вадим передвигался на корточках, «гусиным шагом», что было непросто из-за валяющейся тут рухляди и даже досок с гвоздями наружу.
Наконец, найдя место, Вадим увидел часть комнаты, стол, какую-то картину на стене, угол буфета — и все. Он испытал разочарование и подумал, что его поездка сюда и лазание по крыше совершенно бессмысленны.
«Мне не надо наблюдать за тем, что она делает в доме. Важнее, выйдет ли она вечером или ночью из дома и куда пойдет». Вдруг Вадим увидел Алису снаружи, возле дома. Она ела грушу, видимо только что сорванную. Он тут же лег, ругая себя. Увлекшись наблюдением, он не заметил, как Алиса вышла из дома, а ведь она могла его заметить!
Вадим осторожно поменял позицию, и когда выглянул, Алисы во дворе уже не было. «Вошла в дом или ушла?» — запаниковал он. Вадим ведь еще толком не придумал, что будет делать, если она уйдет из дома. Как следить за ней? Ведь это не город, среди людей не спрячешься. Идти днем следом за ней невозможно, разве только держа приличную дистанцию, но в таком случае надо знать, куда она направляется. Он успокоился, когда увидел, что Алиса задергивает занавески на окнах.
Солнце, пустив последние лучи, закатилось за горизонт, быстро темнело, и стало заметно прохладнее. Вадим пожалел, что оставил куртку в автомобиле, не подумав, что ночью будет холодно, ведь приближался сентябрь. Вскоре в доме зажегся свет.