— Я своим девчонкам на работе рассказала о «гене воина», «гене убийцы». Они очень этим заинтересовались и полезли в интернет искать тест, чтобы узнать, есть ли у них этот ген, — щебетала Марина. — Особенно усердствовала Викуся.
— Какая Викуся?
— Из нашей с Амадой компашки. Я тебе о ней рассказывала — у нее «черный пояс» по тхэквондо, а по ней и не скажешь.
— Нашли тест?
— Нет. Можешь позвонить своему «синему чулку» в Житомир и узнать, где его можно найти? Или пусть она тебе его пришлет. Девчонки просят.
— Хорошо. Им бы не помог, но тебе не могу отказать.
— Оёёй! — спохватилась Марина, взглянув на часы. — Скоро полночь! Заболтались мы.
Она стала быстро одеваться, включила мобильный телефон, который отключила, чтобы им не мешали звонки.
— Мой благоверный девять раз звонил! Что это на него нашло? — Не успела она это произнести, как ее мобильный зазвонил. — Опять он! Пойду краситься и заодно с ним поговорю. Вызови мне такси! — Марина поспешила в ванную, на ходу отвечая мужу:
— Да, дорогой! С девчонками заболталась, устроили посиделки в кафе… — И она скрылась в ванной.
Такси уже ожидало возле дома, а Марина все не выходила из ванной. Вадим несколько раз подходил к двери, из-за нее доносился возбужденный голос Марины, и он не решался постучать. Видимо, ее объяснения мужа не удовлетворили, и назревал скандал.
Наконец она вышла из ванной с раскрасневшимся от возбуждения лицом.
— Нас в Качановке видела его сотрудница, была там с мужем на экскурсии! Мне и в голову не могло прийти, что в такой дыре встречу тех, кто меня знает! Эту Валю я не помню — его сотрудницы для меня все на одно лицо, а она меня запомнила!
— Вот хрень! — воскликнул Вадим, не зная, чем помочь любовнице.
— Переживем и это! — оптимистично заявила Марина, направляясь к входной двери. — Несколько дней не будем видеться, пусть все стихнет. Придется побыть паинькой!
— Может, какая помощь требуется?
— Помощь? Женись на мне!
Вадим растерялся и не знал, что на это сказать.
— Ха-ха! Я пошутила! Ты испугался? — Марина нервно ему подмигнула.
— Позвони мне завтра, расскажешь… — Вадим чувствовал себя неловко и понимал, что говорит не то.
— Не бери в голову — я просто нервничаю, — сказала Марина, постепенно успокаиваясь.
Вдруг она устремила взгляд на старинное зеркало и, подойдя к нему, провела по раме рукой.
— Вадя, не нравится мне это трюмо! Я уверена, твоя мама говорила именно о нем — это оно приносит несчастье! Чем скорее ты избавишься от него, тем будет лучше!
— Ты уже никуда не спешишь?
— Ах да! Это зеркало сводит с ума — в нем ощущается что-то нехорошее, угрожающее.
Марина снова направилась к двери. Вадим проводил ее вниз, до такси. Когда она садилась в автомобиль, напомнила:
— Чем быстрее ты избавишься от зеркала, тем лучше. Фотографию и те листки сожги — это дела давно минувших дней, в них нет ничего хорошего. Мне пока не звони — я сама тебя наберу. Чао!
Вадим вернулся в квартиру и посмотрел на разложенные возле зеркала пожелтевшие листки и фотографию мертвой девушки. «Это как-то связано с прошлым моих предков?»
Отца он не помнил, со слов матери, он был геологом, не вернулся из экспедиции. Имелись лишь несколько его фотографий — отец был крупным мужчиной с волевым лицом. Одна из них была свадебная — он в сером костюме, мама в подвенечном платье, запечатленные анфас. В доме бабушки на стене висела их с дедом черно-белая фотография — у него суровое лицо, тяжелый взгляд, он в черном костюме-тройке. Тогда ему было лет сорок пять. Бабушка на фото выглядела значительно моложе его. Вадим знал, что на старинных фотографиях люди часто выглядят значительно старше своего возраста.
Он помнил бабушку старой, она родилась в начале тридцатых годов. На первый взгляд разница в возрасте бабушки и дедушки на фотографии — лет десять-пятнадцать.
«Почему признание убийцы бабушка хранила в ящике трюмо? Неужели неизвестный убийца имел отношение к моим предкам или даже был одним из них? В 1897 году убийца был взрослым мужчиной и вполне мог быть отцом моего деда. Бабушка и мама, когда я пытался узнать о моих предках, ловко уходили от ответа, меняя тему разговора на более интересную для меня. Скрывали какую-то темную историю?»