— Привел покупателя на твое трюмо, — радостно сообщил Феликс. — Тебе даже не придется тратиться на его реставрацию.
— Я не собираюсь его продавать, — заявил Вадим, добавив про себя: «При всем моем желании».
— Вчера хотел, сегодня передумал, а завтра снова захочешь, — философски заметил Феликс.
— Разрешите хоть взглянуть на это трюмо — может, после осмотра не будет что обсуждать? — вмешался старичок.
— Я очень спешу! — недовольно сказал Вадим.
— Это не займет много времени, — пообещал старичок.
Вадим позвонил Алисе и сказал, что, когда будет подъезжать к ее дому, он ей перезвонит. После этого он провел нежданных гостей в спальню. Увидев, что зеркало прикрыто рубашкой, Феликс улыбнулся и заговорщически произнес:
— Проняло тебя все-таки?
Старичок по-хозяйски снял рубашку, небрежно бросил ее на кровать, быстро и умело стал осматривать трюмо, ощупывая детали, словно не доверял своим глазам. Напоследок он выдвинул ящичек и посмотрел на клеймо мастера. Хотя все это время старичок молчал, Вадим видел, как тот пытается скрыть свое радостное возбуждение.
— Даю вам тысячу долларов, молодой человек. — Старичок полез во внутренний карман пиджака и вытащил толстое портмоне.
— Трюмо не продается, а мне пора уходить!
— Ваша цена?
— Оно не продается! — громко, будто старичок был глухим, крикнул Вадим, но тот словно его не слышал.
Он вытащил из портмоне стопку стодолларовых купюр и протянул Вадиму:
— Здесь пять тысяч — они ваши!
— Уходите! — снова крикнул Вадим.
— Старик, ты больше за него не выручишь, поверь мне, — предостерег его потрясенный такой суммой Феликс.
— Убирайтесь! Я спешу! — гаркнул Вадим.
— Успокойтесь, молодой человек. — Спокойствие старичка было непробиваемо. — Как вас зовут?
— Вадим, — подсказал Феликс.
— Меня — Давид Аронович. Давайте сядем и поговорим, как деловые люди. Все в этом мире продается, вопрос только в цене.
— Это зеркало не продается! — чеканя каждое слово, произнес Вадим. — Вы же знаете связанную с ним историю!
— Вы боитесь проклятия, наложенного на зеркало? — Старичок презрительно усмехнулся. — Это сказки! Странно слышать это от вас, молодого человека. Неужели вы верите во все эти предрассудки, кем-то выдуманные?
— Это мое дело. Зеркало не продается. Если вы сейчас же не покинете мою квартиру, я вас из нее вышвырну!
— Не надо резких движений, Вадим! Мое предложение — десять тысяч баксов, пять вы получаете сейчас в качестве аванса, — не унимался старичок.
Вадим с решительным видом направился к нему, и тот поспешил к двери, на ходу говоря:
— Хорошо, давайте сумму обговорим. Подумайте, назовите вашу цену.
Вадим молча проводил его до двери и зло посмотрел на замешкавшегося Феликса.
— Старик, ты не прав — отказываешься от таких бабок! — недоумевал Феликс, выходя вслед за старичком.
Закрыв за «гостями» дверь, Вадим вернулся к зеркалу и вновь набросил на него рубашку.
Сумма, которую предлагал старичок, для Вадима была значительной, но последние события, связанные с зеркалом, показывали, что истории со смертями его хозяев, позарившихся на деньги, вполне могут быть правдивыми. И теперь он связан с этим зеркалом до самой смерти. «Или есть способ от него избавиться?»
Вадим, с ненавистью глядя на завешенное зеркало, пробурчал:
— Думаешь, ты победило? Я знаю, что сделаю, — замажу тебя густой грунтовкой, потом найду художника, и он поверх этого напишет картину — солнечную, светлую. Как тебе такой вариант?
Когда Вадим вышел из квартиры, на площадке возле лифтов никого не было, и он с облегчением вздохнул.
Прогулка по живописному парку «Феофания», где можно было любоваться множеством природных и рукотворных красот, наслаждаться ароматами и необыкновенной тишиной, им очень понравилась. Вадим был здесь семь лет тому назад и отметил, что парк изменился в лучшую сторону, стал очень ухоженным. Они восхищались беседкой на искусственном островке посреди озера, куда вел арочный мостик, чудесным видом на величественный красно-белый Свято-Пантелеймоновский собор. Вода из источника святого Пантелеймона показалась им невероятно вкусной, и они даже искупались в купели возле источника Пресвятой Богородицы. Время бежало незаметно, наступил вечер, но расставаться им не хотелось, и Вадим пригласил Алису к себе домой, чтобы посмотреть на вечерний город с высоты птичьего полета — с двадцатого этажа.