Вернулся Альбер не только с обедом: прихватил где-то по дороге уже знакомого ей мага. «Сюрприз на сюрпризе», — озадаченно пробормотала Джинджер, наблюдая, как старик снимает плащ, складывает его и аккуратно вешает на спинку кровати. Бросив на молодую ведьму насмешливый взгляд, старик присел на табурет и внимательно оглядел леди.
— Плохо дело…
— Говори толком, — приказал Бенжамин.
Подняв голову, колдун пристально, с малого расстояния изучил лицо лорда-наемника. Бенжамин сделал шаг назад.
— Так-то лучше, молодой господин. Смирись, твоей сестре уже ничто не поможет.
Привалившись к стене, Бенжамин прикрыл лицо руками.
— Ты что, единственный маг? — глухо спросил он. — Или, может, лучший? Скажешь, я не найду никого?
Колдун криво ухмыльнулся.
— Маги, юноша, они в Усмахте. Носят мантии, корпят над книгами, говорят, демонов вызывают из Нижнего мира. Я — простой ведьмак. Порчу навести могу, сглаз. Снять все это могу. Но против Изумрудной Змеи идти, господин — увольте. И посильнее меня ходили, сгинули. И вам, юноша, кстати, тоже не советую. Ведьма у вас малахольная, отряд маленький. Сгинете в Аннуэрской пещере почем зря.
— При чем тут пещера? — Бенжамин заступил путь поднявшемуся магу, схватил его за плечи, намереваясь встряхнуть. — Пещера тут при чем, я тебя спрашиваю?!
Старик без особого труда сбросил руки молодого лорда и покачал головой.
— Хорошо. Хорошо, юноша. В библиотеке в ратуше хранится книга «Семь сотен легенд и сказаний Озерного края». Поищи ответ в ней. А мне это дело не интересно. Но, юноша, помяни мое слово: без толку все. А теперь уйди, пожалуйста, с дороги. Прокляну ведь.
Бенжамин, внутренне робеющий перед всякой волшбой, посторонился. Накинув плащ, колдун вышел, на прощанье самым паскудным образом подмигнув Джинджер. Хорошо, что хоть говорить ничего не стал. Бенжамин вернулся к постели сестры, поправил сбившееся одеяло.
— Филипп, отправляйся в ратушу и принеси эту книгу. Ведьма, присматривай за Беатрисой.
Джинджер с тоской посмотрела на закрывшуюся дверь. Эх, а ведь могла же уцепиться за плащ старика, упросила забрать с собой. Все лучше, чем сидеть на грязном чердаке с этими увальнями и умирающей девицей. Впрочем, увальни были хорошо вооружены, но по-своему безобидны. А вот что попросит за помощь колдун — это вопрос щекотливый, сложный. Может так выйти, что совсем пропадешь. Закусив губу, раздраженная Джинджер безропотно занялась лекарством для Беатрисы.
Читал Филипп, как Джинджер предполагала изначально, с трудом. Однако же, краткие и точные указания выполнял виртуозно: к вечеру он объявился на чердаке и вытащил из-под плаща толстый том в затертой обложке. Бенжамин пролистал несколько страниц, поморщился и кинул книгу на колени ведьмы. Джинджер поморщилась: том был тяжел.
— Читай.
Ведьма вовремя прикусила язык. Хотя, конечно же, хотелось спросить, неужели же благородный лорд грамоте не обучен? Даже если не обучен, пострадать за свою дерзость Джинджер не хотела, а Бенжамин, сейчас, пожалуй, не стал бы сдерживаться. Погладив пальцами корешок, она раскрыла книгу. Судя по вычурному шрифту, относилась она то ли к правлению Альдасера Доброго, то ли ко времени царствования кого-то из его сыновей. От пергаментных страниц сильно пахло временем и пылью, что заставляло поминутно чихать. Пыль оседала и на щеках, и на пальцах. Препротивное ощущение. К тому же, оглавления у книги не было, составлять их начали немногим больше ста лет назад, так что пришлось тщательно изучать каждую страницу. Некоторые абзацы удались переписчикам отлично, а некоторые невозможно было прочесть из-за выцветших чернил и причудливо переплетенных букв.
— Здесь нет ничего, — сообщила Джинджер, закрывая книгу.
— Как?! — Бенжамин, отличающийся последние сутки редкой несдержанностью, рванул вперед и схватил девушку за ворот платья.
Джинджер закашлялась и с трудом нашла силы оттолкнуть его руку.
— Нет, милорд. Смотрите сами.
— Смотри еще, — приказал лорд-наемник.
«Клятый бастард!» — мрачно подумала ведьма. Не потрудился даже выучиться читать, а туда же — в наследники благородного дома! Сама Джинджер хоть и выращена была сначала повивальной бабкой, а затем ведьмами, выучилась и читать, и писать, и считать. Без этого честной ведьме не прожить. А уж нечестной — тем более. Она еще раз с демонстративным тщанием пролистала книгу.
— Ничего, милорд. Хотя… — ведьма погладила корешок с тисненым, полустершимся названием. — Эти страницы вырезали.