В какой-то момент под каблуками лязгнула железная решетка. Он понял, что добрался до люка, в который прежде сбрасывали обреченных людей. Везучие пленники ломали шеи при падении. Других ожидала медленная смерть от истощения. Сант-Анджело осторожно подкрался к стеллажу с винными бутылками и осмотрел проход. Он толкнул плечом панель, закрепленную на ржавых скрипящих петлях, затем зажег последнюю спичку и вошел в винный погреб.
Селеста, молодая служанка, испуганно попятилась назад. На всякий случай он зажал ей рот рукой. Она послушно закивала головой и передала запыленную бутылку в руки Асканио.
— А я все гадал, куда же вы ушли, — сварливо сказал его помощник.
Маркиз убрал руку со рта девушки, и Селеста с облегченным вздохом прильнула к груди Асканио.
— Сколько их уже в замке? — спросил Сант-Анджело, стряхивая грязь и паутину с охотничьего костюма.
— Десять или пятнадцать. Все из СС.
— Их в два раза больше, — расширив глаза, прошептала Селеста.
— Что им нужно?
— Не знаю. Но сейчас они потребовали вина.
Асканио сунул под мышку еще одну бутылку.
— Я тут выбираю, какое вино уже начало портиться.
— Только не совершай поспешных действий, — с улыбкой сказал маркиз.
— Ага! Так вы планируете перебить их отряд?
— Я не хочу, чтобы весь Третий рейх свалился на наши головы.
Маркиз поднялся по задней лестнице в свои покои и сменил охотничий костюм на штаны сельского сквайра и теплый жилет, подбитый собачьим мехом. Он привык к такой одежде, пока жил в Англии. Затем он направился к главной лестнице и вальяжно спустился в холл, где царила невероятная суматоха. Солдаты СС в зеленой форме простукивали стены прикладами и дулами автоматов. Офицеры кричали на слуг, приказывая им открывать двери комнат, опустошать ящики шкафов и комодов, отдергивать каждую занавеску, мимо которой они проходили.
У дверей, ведущих в холл, стоял мужчина, чей облик был знаком маркизу по газетам и киножурналам Европы. Генрих Гиммлер — рейхсфюрер, заместитель Гитлера, глава гестапо — наблюдал за действиями своих подчиненных. В жизни он оказался еще больше похожим на веретено, чем на тщательно отобранных газетных фотографиях. На нем была серая форма и сапоги до колен. На черном козырьке фуражки мерцала грозная «Totenkopf» — «мертвая голова». Он достал носовой платок, вытер очки в тонкой металлической оправе и высокомерно посмотрел на приближавшегося хозяина замка. Солдат преградил путь маркизу, но Гиммлер отмахнулся от него носовым платком.
— Герр Сант-Анджело?
— Oui, да, — ответил маркиз по-французски, остановившись на некотором удалении, чтобы избежать рукопожатия.
— Вы, без сомнения, знаете, кто я такой, — водрузив очки на нос, сказал по-немецки рейхсфюрер.
— Ich mache. Конечно.
— Но я сомневаюсь, что вы знакомы с моим советником.
Крупный мужчина с квадратной головой сделал несколько шагов вперед и остановился рядом с Гиммлером. На его зеленой шинели, слишком теплой для летней погоды, виднелась медаль за боевые заслуги и обязательная нарукавная повязка нацистов. В левой руке он держал толстый портфель.
— Это профессор Дитер Майнц из Гейдельбергского университета.
Мужчина склонил голову и щелкнул каблуками сапог.
— Он, как и все мы, хотел непременно познакомиться с вами.
Маркиз изобразил удивление.
— Я веду тихую жизнь в сельской местности. Как мне удалось привлечь внимание столь важных особ?
— Я с радостью объясню причины нашего визита, — ответил Майнц громким голосом.
Было видно, что он привык выступать в университетских лекционных залах.
— Мои последние исследования показали, что один из ваших предков, оставивший вам в наследство титул и замок, являлся человеком экстраординарных талантов.
— Да что вы говорите! — изумился Сант-Анджело, прекрасно зная, что вышеуказанный «предок» стоял теперь перед нацистскими офицерами.
— Судя по некоторым документам, этот гений, — продолжил Майнц, — был хорошо осведомлен в оккультных искусствах, которые обычно и крайне глупо игнорируются наукой.
Сант-Анджело покачал головой, притворяясь невежественным простаком.
— Я знаю, что мой род имеет долгую и славную историю, — ответил он. — Но мне ничего не известно о предке, занимавшемся оккультизмом. Вы уверены, что приехали в правильное место?
— Определенно, — ответил Майнц. — Мы в этом полностью уверены.