— Высокий? В очках? С каштановыми волосами?
— Нет, у этого типа черные волосы. Он без очков и похож на итальянца.
Значит, не Дэвид Франко. Велосипедист мог направляться в любую из квартир в этом доме. Эшер затаил дыхание, ожидая услышать звонок. Но его не было. Заметив ящик с книгами, стоявший под столом, он решил заняться осмотром, но Янтцен встревоженно прошептал:
— Кто-то подходит к двери.
Эрнст тоже услышал звук приближавшихся шагов. Юлиус юркнул за штору, а Эшер быстро выключил свет, открыл шкаф и, сдвинув одежду в сторону, присел внутри на корточки. Шкаф ломился от вещей. Дверца не закрывалась полностью, предоставляя для обзора широкую щель. Он сначала услышал бренчание ключей, а затем увидел парня в джинсах и лыжной куртке.
Молодой человек заглянул в гостиную и прокричал:
— Оливия? Ты дома?
Включив свет, он вошел в комнату. С его плеча свисали два пустых рюкзака.
— Только не сходи с ума. Это я, Джорджо! Тут кто-нибудь есть?
Сова угукнула и захлопала крыльями.
— Привет, Глаук. Я скучал по тебе. Ты еще не забыл меня?
Парень опустил рюкзаки на пол, затем снял плащ и кинул его на кушетку. Он по-хозяйски прошел в кухню и наполнил электрический чайник водой. Этот тип имел ключи, подумал Эшер. Но его не ждали. Оливия не приглашала Джорджо, поэтому он и не звонил по домофону.
Кроме того, парень выбрал для визита странное время. Похоже, итальянец был бывшим сожителем Оливии. И действительно, когда молодой человек вернулся в гостиную, он перебрал кучу дисков, лежавшую на музыкальном центре, и бросил несколько CD в рюкзак. У Эшера больше не оставалось сомнений. Бывший любовник вернулся тайком, чтобы забрать свои вещи. Эрнст и сам попадал в такие ситуации. Но он всегда оставлял подарки прежним пассиям, чтобы они помнили о его последнем визите. Однажды Эшер сунул в микроволновку дохлую крысу. Вот, наверное, было веселье! Он бы многое отдал, чтобы посмотреть на реакцию той горластой подруги!
Чайник вскипел. Джорджо сделал себе кофе. Эшер боялся, что Юлиус выдаст себя. Хотя пока итальянец не проявлял желания открывать занавески. И вряд ли он собирался оставаться в квартире на долгое время. Но что если парень захочет покопаться в шкафу? Эрнст осмотрел одежду. Насколько он мог судить, тут были только платья и женские блузки. Взглянув вниз, он увидел у задней стенки мужские ботинки.
Итальянец вернулся в гостиную. Он находился вне зоны видимости, но Эшер слышал его. Парень сел в кресло и начал копаться в ящиках стола. Затем, нажав на кнопку автоответчика, он прослушал сообщения. Эрнст и сам планировал сделать это. Как долго бывший любовник собирался оставаться в квартире? Сидеть в затхлом шкафу становилось все труднее. Да и Янтцен мог выдать себя в любую минуту.
— Ты голоден? — спросил Джорджо у чертовой совы.
Он встал, чтобы покормить покалеченную птицу. Через несколько минут парень принялся завязывать шнурки рюкзака. Эшер прислушался. Неужели он закончил свои сборы? Внезапно Джорджо щелкнул пальцами, словно что-то вспомнил. Ошибки быть не могло. Он направлялся к шкафу. Возможно, за этими старыми ботинками. Эрнст приподнялся, вытаскивая из-за пояса оружие.
Дверь открылась, и, поскольку итальянец уже нагнул голову, Эшер наотмашь ударил по ней рукояткой пистолета. Его рука походила на гидравлический молот. С силой проблем не было, но из-за стесненности пространства он попал парню не в лоб, а в переносицу. Оглушенный мужчина отступил на шаг, не понимая, что с ним случилось. Эшер вышел из шкафа и направил мощный хук в его подбородок. Джорджо сначала пролетел над креслом, затем жестко упал на пол, ударившись головой о тумбу стола. Он потерял сознание. Из сломанного носа и рассеченной губы хлынула кровь.
Юлиус выглянул из-за шторы и раздраженно спросил:
— Что тут, черт возьми, происходит?
Эшер уже обшаривал карманы итальянца. В бумажнике, помимо лир, он обнаружил университетский пропуск, на котором указывалось, что Джорджо Капальди являлся старшим преподавателем на факультете истории. Эрнст забрал себе его деньги и смартфон.
— Он мертв? — не отходя от окна, спросил Юлиус.
— Нет. Но когда малыш очнется, у него будет болеть голова.
Перетащив итальянца в спальную, Эшер бросил его на кровать. Он осмотрелся по сторонам, срезал шнур телефона и связал им запястья мужчины.
— Может быть, поможешь? — рявкнул он Юлиусу, который наблюдал за ним через открытую дверь. — Найди шарф или какие-нибудь носки.
Он привязал руки Джорджо к спинке железной кровати. Янтцен протянул ему шелковый шарф. Эшер запихал его в рот старшего преподавателя, после чего завязал концы на затылке и, приподняв голову жертвы, подложил под нее подушку.