— Кому?
— Императору. Просто я уверена, что он эту информацию воспримет просто как информацию, а не как какое‑то откровение.
— А что толку рассказывать это только одному человеку, их век недолог?
— Хьюга, я сейчас задам тебе один вопрос, только не торопись отвечать, обдумай сначала всё то, что пока узнала о этом мире. Этому государству более ста двадцати Земных лет. Как по твоему сколько сменилось императоров? — она уже хотела ответить, но я перебила — Ещё кусочек к мозаике добавлю, нынешний пережил прямой удар мечом в сердце.
— Такое продвинутое государство, что правителей тут мечами протыкают?
— Ну, вообще‑то это был мой удар, прямо перед тем как я решила перейти на их сторону, мы сражались на мечах и он специально пропустил удар, чтобы я приняла решение.
— Ладно, отвечаю на твой вопрос. Минимум два, а скорее всего три.
— А вот и нет. С самого момента возникновения Империи, Император один. Они разработали технологию которая делает органиков почти бессмертными.
— Чушь!
— Вот вечером посажу тебя за терминал и погоняю по истории Империи и Руну заодно просветим.
Тем временем Руна задала вопрос Крейну.
— А для чего вдоль дорог излучатели энергетических полей?
— Необходимость в них пришла из прошлого этого мира. — начал объяснять он — В те времена, когда технологии ещё были, по нынешним меркам, совсем неразвиты. Очень часто случались аварии, в них часто страдали обычные прохожие, которые ничего не нарушали, а просто попадали под уже неуправляемый транспорт. Когда–же появились соответствующие технологии, были установлены излучатели поля, отсекающие проезжую часть, от пешеходной. Как вы могли заметить, даже зона переходов, там, где она проходит по проезжей части, перекрывается полями.
— А разве сейчас, когда всё управление транспортом дублируется интеллектуальными системами, это актуально?
— Как ни странно, но да. Ещё можно встретить транспорт без дублирующих систем, а иногда некоторые умельцы сами влезают в системы безопасности и переписывают их, поэтому аварии ещё случаются. Таким образом, конечно реже, но эти силовые поля ещё нужны.
В течении этого разговора мы вышли на площадь и Крейн продолжил экскурсию. — Мы сейчас находимся на центральной площади столицы, причём сейчас она имеет практически исторический вид.
— В каком смысле? — Руна всегда была любопытной до всяких тонкостей.
— Раз уж у вас есть некоторая информация о Земле до две тысячи двенадцатого года, то в особые подробности я вдаваться сейчас не буду. А в целом, дело было примерно вот в чём. До тысяча девятьсот семнадцатого года, Россия, на чьей исторической территории мы находимся, была царской страной, но в том году произошла революция со сменой не только правящей верхушки но и с довольно сильными изменениями самого государственного строя. Причём эти изменения в основном привели к ухудшению состояния страны, но народу говорили, что всё это во благо и стоит только немного потерпеть.
— В общем, как и девяносто девять процентов правительств. — сказала Хьюга.
— Именно. — продолжал Крейн — Так вот, когда пришло время первого правителя нового строя и героя революции отойти в мир иной, его сподвижники возвели на этой площади так называемый «Мавзолей», с помощью химических веществ остановили разложение тела этого, как его тогда называли «Вождя народа» и поместили его в мавзолей на обозрение народа.
— Фу. — вырвалось у Хьюги — Я знаю, что у большинства живых существ принято почитать мёртвых, особенно тех кто по их мнению совершил что‑то великое, но не поклонятся же трупу.
— Согласен. И многие и тогда и позже тоже так считали, но их просто никто не спрашивал. Как бы та власть не кричала с трибун, что она всегда слушает народ и действует только во–благо народа, это было как минимум не совсем так. Уровень жизни народа поднимали только тогда, когда это не шло в убыток уровню жизни правящей верхушки. Так, поехали дальше. Несколько раз поднимался вопрос о том, что пора убрать мавзолей, но приверженцы того политического направления не давали этого сделать, даже тогда, когда правящая власть и политический строй снова изменились, но тогда появилось множество политических партий, в том числе и та, что продолжала почитать «вождя». И лишь в две тысячи сорок третьем году по инициативе Императора было проведено общее голосование через инфо–сеть, называемую тогда «интернет», и граждане очень подавляющим большинством, почти единогласным, приняли решение, что мавзолей себя изжил, по целому ряду причин.