— Один мой, — напомнил Странник, и склонился над тем, что осталось от светящейся сферы. Её отдельные части свечения нисколько не утратили. — Повезло, сразу три дала.
— Арк… — осторожно сказала Тия, поджав губы. — У нас есть небольшая проблема.
— Какая? — спросил я, подозревая худшее.
— Дина…
Я посмотрел на тело без сознания.
— Мне пришлось, чтобы её остановить. Если бы она сделала то, что собиралась, она бы не только уничтожила себя, но и заразила бы меня мёртвой магией… у меня не было выбора.
— Пришлось что? — насторожился я.
— Я передала в её тело всё, что осталось от настоящей Дины. Настоящий хозяин тела всегда имеет больше на него прав, чем подселенец, и мою обезумевшую часть сразу же выкинуло из чужого тела.
— То есть, ты победила, но… — потянул я.
— Я вернула часть своей души. Но сейчас в теле Дины… сама Дина. Вернее то, что от неё осталось после заключения в моём внутреннем мире. Голос мёртвого пересмешника умеет сводить с ума, хотя сейчас мой мир стал намного лучше.
— Вот как… Неожиданный поворот, — я даже не знал что сказать на такие новости. Хотя нет, знал. — В серебряные наручники её и свяжите покрепче.
— Она скорее всего не очнётся в ближайшие сутки. Может, больше… И скорее всего будет невменяема.
— Всё равно лучше её в серебро. И ты вроде бы умела выжигать ману — вот, займись.
Под скрип и треск отвалилась ещё одна часть купола локации.
— Собирайте всё ценное, и уходим. Вереск! На тебе разведать дронами, что рядом, будем уходить к лифту.
Сам я подошёл к осколкам сферы, забрать свои два фрагмента.
— Кстати, они хоть не опасны? Стихия с названием «зло» выглядит как-то не очень.
— Смотря для кого, — ответил Странник. — То, где замешана пустота, не может быть безопасным. Да и бездна лично мне нравится меньше хаоса, хоть он и считается опасней. Но для тех, у кого есть божественные аспекты, он слабоват. Ещё пожалуй, подойдёт для псиоников. В любом случае, нормальный терминал сам напишет побочные свойства.
— А ты бог или псионик? — я усмехнулся.
— У меня свои методы, — за маской ощущалось веселье.
Моды с убитой нечисти тоже забрали с собой.
После разрушения сферы, преграды ведущие в другие локации исчезли. Но идти так же, как мы шли сюда, было невозможно — там сейчас господствовал универсальный миазм хаоса, который лез в голову и внушал неадекватные мысли.
Другой выход оказался свободен, хотя и там миазмы были не очень.
Эстель снова одели в скафандр, проверили свои собственные и пошли.
Локация представляла собой длинный каменный мост, утопающий в клубах ядовитого дыма. То же вещество в жидкой форме было под мостом, но увидеть его мы не могли, так что положились на Вереск.
Сизый дым был незнакомым химикатом, на основе азота. Точный состав вещества определить не удалось, но действовало оно крайне агрессивно, разрушая любую живую материю.
Эта дрянь стала настоящим испытанием для скафандров. Мой состав защитных покрытий из разной растительной генетики он жрал весьма эффективно. Слои брони становились мягкими, будто размокший от влаги картон, и сразу покрывались плёнкой незнакомого вещества.
Внешне это походило на изморозь, и место в целом было весьма прохладным. Но выбор у нас был не очень большой.
Через дыру в убежище достал вентиляторы, и Вереск собрала нам хоть какую-то защиту от едкого газа. Это замедлило разрушение костюма, но тут пришла другая беда — плёнка из вещества покрыла собой большую часть верхнего слоя скафандра, и растение больше не могло перерабатывать для нас кислород.
Ничего лучше, чем устроить душ прямо на мосту, мы не придумали. Вереск обрадовала, что плёнку можно счищать водой с сильным содержанием хлорки.
После такого душа полупрозрачная корочка, напоминающая эпоксидку, стала белеть и отваливаться хлопьями слипшихся кристаллов.
Где-то сбоку шёл другой миазм. Медленно надвигалось что-то жёлтое, в котором то и дело вспыхивали молнии неестественного цвета. Анализаторы Вереск и цвет эдельвейса ничего не сказали. Миазм был чем-то аномальным, и что он делает, мы не знали.
Он быстро наступал вперёд и заодно рисковали вскоре на него нарваться. Пришлось ускориться. Вереск с вентиляторами вышла вперёд. А я вынимал из убежища бутылки с хлорированной водой и передавал товарищам, периодически обливая и себя самого.
Второй проблемой оказалось то, что ровный мост вёл нас на смерть — в локацию, где властвовал смертельный миазм, невероятно повышающий давление. От него средств у нас не было. Внутренние органы просто склеивались и наступала смерть.