Мужчина кивнул и отдал приказ своим идти следом.
Двоих, которых Альма успела воскресить, пришлось поддерживать — с ориентацией у них было ещё не очень.
— Думаешь, им стоит верить? — спросил Рейн не сильно стесняясь.
— Нет, — ответил я, тоже не сильно стараясь приглушать речь. — Если таких бойцов там меньше сотни, они для нас не опасны. Но поступим как ты любишь — по совести.
Друг кивнул, более чем удовлетворённый ответом.
Технически, в том чтобы нам показывали путь, мы тоже не нуждались. Для этого было достаточно наличия в группе Эстель. Но так будет спокойней в первую очередь самим нашим проводникам.
Лишь у самого выхода искатель не удержалась и по привычке сообщила:
— Выход в следующей локации. Снаружи стоят десять человек с автоматами, — сказала она и контрольным в уши наших спутников, закончила. — Слышу звук эридианского лазера и железо четырёх колдерских автоматов. Ещё одно оружие неизвестного типа… хотя нет. Селенитский игольник. Ещё слышу магию ветра, огня и пустоты.
Тихон не удержался и посмотрел на Эстель с суеверным ужасом.
— Твои знакомые? — спросил я. — У вас всегда комитет по встрече или как?
— Эшлендер, — зло сказал Тихон. — Если они ждут нас у входа, то нам они не друзья.
— Интересные у них здесь дела, — хмыкнул я. — Ну заходите, общайтесь. Нэсса, подержишь купол?
Обычно эту роль на себя брал Мерлин.
— Они нас убьют, — уверенно сказал он. — Выход узкий. Мы окажется под огнём.
— Ну убьют — воскресим.
— Хою-ами! — подтвердила Альма.
После нового мода у неё появилась ещё одна новая форма глаз — с завораживающей светящейся спиралью вместо радужки.
Тихон сглотнул. Но заставил себя кивнуть.
Интерлюдия
Двадцать первый
Трёхглавые лучники и прорыв некротической цепи снизу действительно был, хоть и не дошёл до верхних этажей. Пришелец был прав. Прорыв фрактальной цепи спровоцировал и других монстров подниматься повыше.
Но никто не думал, что сюда поднимутся твари с четвёртого, да ещё и так быстро.
Наверное, он был прав, но оставаться в убежище было уже невыносимо. Ждать новых подстав со стороны трёх вечно враждующих групп было порой хуже, чем спускаться вниз.
Сперва он проснулся здесь в компании из шести незнакомцев, но почти все они были уже давно мертвы. Их отряд до города дошёл, потеряв двоих. Ещё двое — погибли в потасовке.
Наверху они решили разделиться, но это оказалось плохой идеей с трагическим финалом. Когда он пришёл наверх — здесь было чуть больше сорока человек. Это был короткий проблеск надежды, когда он, как и многие, начал собираться с другими в вольные группы для экспедиций вниз.
Однако вскоре половина от этой численности была убита во время борьбы за власть. Почему-то на место главного претендовал каждый третий, чего он откровенно не понимал.
Наверное, дело в их происхождении. Это первое, что говорит Система, если спрашивать, кто они такие и почему здесь.
Дамиан, иерарх 67 101 уровня.
Вменяется:
Уничтожено проходчиков: 37
Подчинено цепей: 2 [звёздная магия], [магия изнанки]
Суммарное причинение вреда Стене: 0,014. Потенциальный вред: 2%
Но каким бы крутым перцем этот Дамиан не был, начинающий волшебник от своего прошлого воплощения унаследовал лишь некоторые редкие проблески воспоминаний. Да и то благодаря зелью ныне почившего друга.
Когда в кровавой бойне люди, которых сложно было назвать людьми, наконец успокоились, обнаружилось, что вольница общего дела нескольких групп сменилась пятью группировками.
На следующий же день Система пригнала пять человек. Взамен потерянных почти трёх десятков. Столько едва хватало для того, чтобы поддерживать прожорливый обелиск, требовавший приносить ему объекты культов, найденные внутри Стены.
Холодная поверхность была единственным местом, где можно было жить, не опасаясь закончить жизнь в желудке у монстра во время сна. Но без работы обелиска поверхность была непригодна.
Его группу сожрали монстры. Как и ту, к которой прибилась Эрика. Они оба выбрали присоединиться к меньшей из групп.
Как и все, кто пришёл к власти после большой бойни, Тихон был безумен. У многих в группе он вызывал суеверный ужас. Но двое других лидеров были — один маньяк, другой редкая сволочь. Тихон на их фоне казался безобидным, с тихим помешательством, что при сравнении выглядело более предпочтительным.
Вскоре он начал постепенно понимать, куда они с Эрикой попали и как нужно себя вести. Тихон был несдержанным и склонным к вспышкам кровавой ярости, когда его сила поднималась в разы, а окружающие начинали умирать. Но у таких вспышек всегда были причины. При этом он был достаточно доверчивым и наивным, а так же отзывчивым на любое добро.