Из открытой двери в железный завод упал луч яркого солнечного света. По ту сторону была яркая зелёная трава, усеянная россыпями цветов, и голубое полуденное небо.
— Слишком грубая склейка, — сразу заметила Белая. Я тоже на это обратил внимание, потому кивнул.
Из чисто техногенного, лишённого всякой жизни бункера-завода нас переносило в бескрайние зелёные поля под открытым небом. Не верю!
К тому же на тридцать первом просто нет места для таких просторов. Здесь локации не выше трёх метров. Разделяющая этажи преграда толще, чем весь этаж.
Мысли подтвердила связь с растениями. Вернее, её отсутствие. Ощущение было странным — я вроде бы чувствовал растения, мог обращаться к ним, но растительная эмпатия не могла установить контакт. Зелень отзывалась, но отказывалась подчиняться и даже не принимала энергию жизни.
А значит — это точно было не растение, а часть чего-то иного.
Вслед за этим я начал подмечать и другие странности. Цвета были ярче естественных. И… мысли. Я будто думать стал хуже. У всего в этой локации есть гипнотический эффект.
— Арктур, фиксирую аномальную активность, — сообщила Сайна.
В следующий миг я услышал шипение. Цвета мира мигнули, и где-то в отдалении пробежал яркий цветастый силуэт монстра.
Вид охотящегося здесь чудовища я не определил, но настроение он мне изрядно подпортил. Что-то ростом метра в два с лишним, толстое и гуманоидное. Но очень проворное при этом.
Послышался смех. Не зловещий, скорее глупое гыгыканье.
— Охохоюшки… минор-ами, пламя Асгора не сработает, — покачала головой Альма.
— Почему?
— Существа используют искажённую радость. Пламя сделает только хуже, — пояснила она.
Прозвенел громкий раскатистый выстрел. Лифа сработала первой. Но я не успел увидеть её противника. Почти сразу твари перешли в атаку.
— Это солнце, оно светит ярко и тепло! — прозвучал неприятный, писклявый голос чудовища, что действовал на мозги. Въедался в мысли, будто сотня голодных ланцетов.
Рядом возникло зарево солнечной вспышки, которую поглотил покров алолесья.
— У нас есть новые друзья! давайте познакомимся?
Огненный шар прилетел куда-то слева от меня, едва не подпалив Рейна.
— Что это за мерзость?
— Способность не наводится, — сообщила Белая с тревогой.
— Ты же говоришь, что твой навык — имба?
— Тихо! Оно здесь! — крикнул Мерлин.
— Пузырьки, пузырьки летят в небо!
Вспыхнуло зарево аспидной синевы, выжигая часть пространства и оставляя после себя синий пепел.
А сам Мерлин в этот момент закрылся барьером от взрывающихся водных шаров, мгновенно превращавшихся в обжигающий пар.
— Оно там! — крикнула Сайна и выстрелила из селенитской винтовки.
Следом за ней выстрелила повторно Лифа, но, судя по эльфийским матам, мимо.
Лифа может промазать…?
— Вижу! — воскликнула Эстель, посылая перед собой зелёный камень на цепи.
Я увидел, как засиял насыщенный маной легендарный предмет, и заключённая в камне фея резко изменила курс.
Послышалось шипение белого шума.
Волны дикой головной боли.
Поднимавшаяся из глубин сердца чёрная ярость и желание немедленно прикончить всех монстров в округе.
Как только стало понятно, что твари уже действуют на мой разум, вызывая это чувство агрессии, я включил мудрость верданта.
Сразу стало заметно легче.
Я новым взглядом оглядел локацию. Твари прятались за цветастыми декорациями растений и камней, так что было сложно разглядеть их истинный облик.
Но одного достать всё же удалось.
Эстель дёрнула рукой, возвращая в ладонь «маятник Морфин».
Монстры, потеряв своего первого сородича, угомонились и скрылись из вида, давая нам время на передышку. Видимо, не ожидали, что мы сможем нанести им какой-то урон.
Существо было нескладным, пухлым и покрытым короткой, неестественно яркой фиолетовой шерстью. В живот твари был вмонтирован кинескоп, демонстрирующий белый шум.
Я подошёл ближе, разглядывая монстра, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как поверх чёрно-белой серости проявился мерцающий силуэт убитого монстра со счастливой, полной радости физиономией.
Из глаз монстра потекли кровавые слёзы, которые, однако, не нарушали довольную улыбку.
— Теперь ты проклят и скоро умрёшь! — радостным, карикатурно-детским голоском произнесла тварь.
На голове у существа находилось что-то вроде пушистой антенны, скрученной в рунический символ. И этот символ вдруг начал мерцать, наращивая темп.
— Назад! В стороны! — крикнул Хантер и вовремя. Вскоре чудовище разлетелось на части, порождая волну убойной энергии неизвестного типа.