Она проварилась в этих мыслях до того момента, аж пока её не выдернули из них, напомнив о работе.
А затем наступило время Альмы.
Третья, самая слабая душа в амальгамме, просыпалась всякий раз, когда появлялась возможность пострелять, чем сильно напоминала Лифу. Но и разум Алихаи, и душа Мисы были едины в том, чтобы передавать управление телом в такие моменты Альме.
Проходчица испытывала радость и будто возвращала частичку себя, когда занималась любимым делом. Миса ей в этом даже подыгрывала, давая капельку сил древней богини Мортис, заключённой в мифической чаше.
Обычно её эмоции передавались всему, что называлось верификатор Альма. Но сейчас Миса оставалась настороже.
И не зря. Одна за другой локации вызывали у неё всё больше опасений.
Как же неприятно быть слабой. Из всех её родных стихий сейчас ей был доступен лишь циррус, да и тот в зачаточном состоянии. Альма наслаждалась прохождением локаций. Миса — нет. На душе скреблись кошки. Будто она одновременно хочет вниз и боится этого.
Будто вот-вот прикоснёшься к чему-то запретному, что тебя, скорее всего, убьёт.
Стена её не разочаровала. Заражение ингенами мгновенно перестраивало структуру тела, работая как эволюция без терминала. Ни одна Альма не знала, как это можно остановить и даже не была уверена, что это сможет вылечить терминал.
Но сообщать эту новость она не стала, пока группа не поднимется обратно.
— Держись поближе ко мне, — сказала Альма Ангедонии.
— Да, конечно, — радостно ответила Аси.
Затем был расслабляющий бой с летунами. Миса погрузилась в медитацию, можно сказать, в боевой транс. Сила Мортис на погрисков не работала, так что снайперша просто наслаждалась боем, а Миса — спокойствием и своими мыслями.
Лишь раз пришлось вмешаться и спрятать погриска в зеркале. Хорошо, что никто не заметил подмены двух навыков. Держать в темнице душ бездушную тварь было невозможно, так что пришлось имитировать этот навык, максимально похожий на известную всем темницу.
Теперь шестилапый летун носился по её внутреннему миру, не понимая, что ему тут делать. Как быстро его сморит голод?
Как много сейчас существ в этом месте вынашивает свои планы?
Ажиотаж вызвал терминал, и часть ночи все крутились вокруг него. Питомцы её интересовали мало. Кроме низкого этажа терминал ничем не выделялся. Ещё и был сломан. Мерлин отправился бесполезно тратить ману на его починку, расходуя свои резервы, вместо того, чтобы быть готовым к ночной атаке.
О том, что будет и она, не знал никто, включая Мису. Первым тревогу забил Хантер. Но было уже поздно — потому что нападавшие просто начали действовать чуть раньше.
— Вот. Ты как легендарный пустотник без пустоты, — с улыбкой сказала Миса, и, как всегда, зависла, не понимая, откуда такое сравнение.
— Я попробую, — задумалась эльфийка. — Ладно, пойду прогуляюсь. Настроение что-то паршивое.
Ну что ж, попытки вербовки не всегда бывают успешны с первого раза.
Лифа забрала зелье, созданное ею с Софьей. Идея создания защищающего от мёртвой магии снадобья захватила старушку, и та состряпала сложное зелье на основе разбавленного эло и стихии цирруса, параллельно с обработкой астральным огнём, в пламени Асгора.
В прошлом создание зелий было одной из дисциплин Мисы, а Софья давно вышла за рамки своего класса.
Аси сидела с довольной улыбкой. Она уже употребила тестовый образец и была пьяна, но от свободы, а не от алкоголя. Не так давно она сумела подавить влияние пустоты, остановив мысленный поток, а вместе с практикой зелье позволит достигнуть резиста нервной системы от влияния мёртвой магии.
Немного повысить содержание эло с учётом толерантности, и должно работать, в том числе на ментальные травмы.
— И ты не расслабляйся, — мягко сказала Миса Аси, взяла поближе салат с напоминавшим по вкусу сыр съедобным цветком. Но съесть не успела.
С места вдруг подхватился Хантер, который ещё минутой раньше дымил кальяном перед греющимся чайником.
И в тот же миг сидящий неподалёку сонный Рейн, что-то обсуждающий с Эстель, вдруг резко набросился на предсказателя, хватая за шею, а сама искатель — принялась вдруг наносить удары двумя кухонными ножами в его живот.
Начался форменный кошмар, но холодный разум и высокая осознанность позволили мгновенно сориентироваться.
За пару секунд кроме оборотней вокруг них не осталось никого.
Аси мгновенно перестала дурачиться и призвала лезвия. Альма приготовилась к бою.
Универсальная стрела, выпущенная в голову Эстель, выбила из тела девушки нечто вроде извивающегося грибообразного краба, хватавшегося корнями за воздух, при этом болезненно вереща.