— Арк, глянь-ка на эдельвейс, — обратила внимание Альма.
Каменный цветок Сайны переливался всеми цветами радуги, которые пребывали внутри в постоянном движении, будто вокруг нас кружилось множество источников магии всех видов.
— Магические существа? Давно я их не встречал, — задумался я. — Скорее всего, настоящий враг не деревья. Они просто декорация очередного стрёмного мира.
— Скорее всего цепь, — задумчиво сказал Странник. Его силуэт завис на самом краю моста и смотрел вниз. — Магические существа на этом этаже могут быть крайне опасны.
— Да здесь всё может быть опасно, если у простого дерева-декорации сразу три цепи.
— Арктур, вырасти, пожалуйста, поверхность для проекции, — попросила Вереск.
Деревянный мост вырастил новую ветку, на которой появился крупный и достаточно ровный лист. Вереск подняла руку, и на нём появилось изображение дна локации.
Множество тянущихся стволов чем-то напоминали родной мир Тии. Но здесь была нормальная твёрдая почва. Дрон приближался к центру локации, где действительно возвышался терминал.
Нужно сказать, выглядел он не внушающим доверия. Будто Сайна сглазила своими вечными опасениями.
Вместо навороченной странной машины, которая бы погрузила раненого в капсулу и приводила в чувства, здесь был некий огороженный деревом постамент. Возвышающаяся в сердце леса каменная площадка с обилием деревянных узоров.
Где-то на ней — возвышалось нечто, похожее на орган. Только в несколько раз больше, и с обилием стекла с медью и золотом. Однако сооружение казалось тонким и, по большей части, прозрачным. Капсулы или что-то вроде них отсутствовали, и вся конструкция была очень открытой, чем напоминала сильно усложнённый, с лёгким оттенком мана-панка, астрально-эфирный.
Затем изображение резко погасло — как только дрон попытался пойти на сближение.
Картинка мигнула и сменилась на вид с другого дрона. Тот уже не стал бросаться вперёд и стал подлетать очень-очень медленно, просвечивая перед собой алым светом.
Но ловушка была не магического типа.
— Здесь тонкая сеть, — сказала Вереск. — Почти мономолекулярная, но очень твёрдая. Состав не могу определить. Вокруг терминала ловушка, но нашего зрения недостаточно, чтобы её увидеть.
— Сильван, — отправил я ментальное послание в убежище. — готовь всё, что у нас есть на пробой. Кристаллы Мерлина, если остались, в идеале. Но остальное тоже готовь.
— Будем спускаться? — предложила Альма.
— Сдаётся мне, это билет в один конец, — покачал головой Райшин. — Но выбора у меня, походу, нет.
— Пусть твой дрон отлетит, — сказал я Вереск. — Хочу увидеть, что наверху.
Ответ был неутешителен — наверху была крыша. Тоже какая-то кристаллическая и прозрачная, но сильно засыпанная серебристой листвой.
— Возвращай свою разведку и держи вокруг нас. Если здесь что-то завязанное на магии, они у нас сейчас ценнейшая боевая единица.
— Тук-тук. Это я, Сайна, — послышался механический голос девушки. — Пусть Сильван вас вооружит фонариками, если нужно. В моей мастерской этого добра полно. — Всё, отключаюсь. Удачи вам!
— Наверное огнемёт забирай, — вмешалась Альма. — Если там магические существа, дай мне лучше эльфийское ружьё… или нет. Колдерскую винтовку Белой.
— Зачем она тебе? — удивился я.
— Она мне показывала кое-какие пули из своих запасов. Может быть полезно против магических существ.
Я кивнул и дополнил последние приказы Сильвану.
Вскоре мы перевооружились. Только огнемёт я сказал не прятать — его понесла на спине Вереск — на всякий случай.
Вспышка магии жизни. Вниз потянулись лианы. Райшин, как танк, первым спрыгнул, хватаясь за одну из них. Затем — мы с Альмой. Было непривычно видеть её с колдерским автоматом, так сильно напоминающим калашников. Да и два револьвера интри она перезарядила и была готова выхватить в любой момент.
Крестообразные янтарные глаза забегали по окрестностям. Эта способность аалорна сохранилась у неё даже в человеческой форме и позволяла мгновенно ловить любые возможные мишени на прицел.
Но никакой угрозы не было. Только поднятая под нашими ногами пыль.
Последней отключила магниты Вереск и приземлилась на каменную почву.
Земля под ногами напоминала расплавленный в древние времена камень. Это была ровная и достаточно гладкая поверхность, слегка скользящая под ногами.
Железные деревья вокруг росли прямо из неё и считали питательной почвой. Не удивительно, что они уже таранят потолок.