Домой я вернулся уже затемно, хоть и длинен весенний день, но и он когда-нибудь кончается.
- Коль, ты? - донесся из глубины, подсвеченной лишь разноцветным мельтешением телевизора, единственной, не считая маленькой детской, комнаты напряженный голос.
'О-о. Похоже, не все так безоблачно в моем королевстве' - подумал я, вешая куртку.
- Я, Люба, А кто же еще может быть, в моем доме, на ночь глядя - попробовал шуткой притушить тлеющий бикфордов шнур недовольства жены. Применять силу не хотелось, устал, да и надоело.
- А, ну-ну - прошелестело чуть слышно в ответ.
Сунув ноги в тапки, проскользнул в ванную, поплескался и так же незаметно хотел просочиться на кухню. Но не вышло. На пороге, понуро опустив голову, в полутьме, не зажигая свет, стояла моя вторая половина.
- Люб, ты чего?
- Ты нас с Коленькой больше не любишь?
- Не понял... С чего это ты.. ?
- Она красивая и стройная, веселая и, наверное, ласковая. Не то, что я... Толстая после Коленьки и...
Из глаз брызнули первые слезы, но она мужественно сдерживала рыдания.
- Лю-уб - протянул я укоризненно - ты о Юльке что ли..?
Она видела, в окно, как мы вместе шли через двор к подъезду, и Юлька кокетливо держала меня под руку. Блин.. - Догадался я.
- Мы просто встретились во дворе и шли вместе, болтали.
- И она держала тебя под руку... И вообще вилась вокруг тебя как, как...
И тут рыдания вырвались наружу. Она, легонько толкнув меня плечиком, закрыв лицо ладонями, поспешно ушла в комнату. Бросив на ходу, неразборчиво, но я - то понял - ненавижу.
- Люб - растерянно произнес я и тяжко вздохнув, потопал следом.
Да-а, без силы здесь сегодня не обойтись.
Я сидел и гладил беззвучно вздрагивающую спину жены, посылая лишь маленькую капельку магии, только чтобы успокоить. А сам прикидывал, как рассказать ей правду и так, что бы она поверила. Поверила мне. И без всякой силы.
В это время коротко тренькнул звонок входной двери, убавленный на самую малую громкость. Люба, почти уже успокоившись, подняла голову и усталым тихим голосом произнесла - кто-то пришел, иди, открой...
Я, кряхтя, нехотя поднялся и прощлепал к двери.
На пороге стояла Юлька, за ней неясно маячили тени еще нескольких человек.
Я выразительно и удивленно уставился на соседку.
- К тебе делегация - заявила она безапелляционно и, по-хозяйски отодвинув меня, шагнула в прихожую.
За ней потянулись и остальные.
Они столпились на перепутье комната-кухня, не решаясь пройти дальше. Всего их было трое, не считая, волчицы. Двое мужчин, неопределенного возраста и полная в годах женщина. Пахнуло чрезмерностью косметики и легким ароматом алкоголя. Правда, толклись, здесь, только эти трое. Юлька же щебетала в комнате, в которой уже горел полный свет, и двигались стулья. Я жестом пригласил их в комнату, бросив в сторону детской паутинку тишины. Женщина, заметив это, одобрительно кивнула тройным подбородком.
Троица чинно расположилась на поставленных в ряд стульях. Позади них шипел новостями телевизор. Люба, утерев мокрые щеки, натянуто улыбалась с дивана, бросая удивленные взгляды то на меня, то на троицу. Но длилось это не долго. Юлька, опять взяла всю инициативу на себя, утянув за руку мою зареванную половинку на кухню и, через мгновение там загремела посуда и захлопала дверца холодильника.
А ведь он пустой - пронеслось в голове - этот чертов домовой... Хотя может быть приходила теща...
Я стоял в дверях комнаты, разглядывая поздних незваных гостей.
- Ну-с, начнем, наверное - громко начал, как бы подбадривая себя и, вопросительно поглядев на своих товарищей, мужчина в строгом темном костюме и с бабочкой, вместо галстука. Его чистое, до синевы выбритое лицо было узнаваемо, но память отказывалась назвать его.
- Одну минуту - донеслось из кухни - щас будет кофе и пирожные...
Мужчина пожал плечами - дескать, подождем, так подождем и, опустил взгляд, умолк, разглядывая свои холеные руки.
И наконец, через несколько минут тягостного молчания в комнату вплыли Люба с Юлькой, с кружками и подносом наполнив небольшую комнатку аппетитными запахами кофе и сдобы. Я суетливо сдвинул журнальный столик, смахнув с него в угол всякую мелочь.
- Вот теперь начинайте - задорно пропела соседка, удобно расположившись на диване рядом с моей женой. Люба уже не выглядела заплаканной и усталой, скорее озабоченной хозяйкой, все, порываясь встать и, чем-нибудь занять себя. Но волчица придерживала ее за руку, тихо нашептывая что-то на ухо. Хотя я-то все равно слышал - погоди, сейчас цирк будет.