В это же время, огнекрылы вели себя довольно странно. Сейчас они были похожи на стаю перепуганных пташек, которые пытаются скрыться от хищного ястреба. Ровные их ряды перемешались в сумбурный беспорядок, в котором каждый был сам по себе. Эти жутко-элегантные драконы сейчас были похожи на рой растревоженных пчел, пытающихся спастись от гаргензора Моера, который все поливал и поливал их шквалом розовых лучей магометов и трассирующих очередей пулеметов.
- Эх, -вздохнул Солер, опустив голову на грудь. - Дракопотов жалко. Молодые еще совсем. Одно успокаивает - погибнут они мгновенно и безболезненно.
Раздвигая своим острым носом многовековые деревья, гаргензор Солера воткнулся в землю и почти стразу же скрылся в облаке пыли, земли и мещанина из поломанных ферзалов и сосен. Из разорванных недр грузовика во все стороны полетели обломки груза. Помятые металлические конструкции бешено скакали по земле между деревьев, выбрасывая высоко вверх целые гейзеры лесного дерна. С невероятной легкость нос кабины перепахал неширокий лесной ручей, подарив ему новое русло. Хвостовая часть гаргензора взвилась вверх, подминая под себя и скручивая в огромный рулет кабину пилота. Почти в вертикальном положении колоссальна машина проделала путь в несколько сот метров, а потом с невероятной мощью рухнула всей тяжестью грузового отсека об землю. На месте катастрофы вздулся огромный огненный пузырь, увеличиваясь в размерах. А потом последовал колоссальный взрыв. Казалось, даже воздух содрогнулся. Судя по всему, детонировали артиллерийские снаряды. Причем - все одновременно. В одно мгновение огромный шестидесятиметровый грузовик разорвало в клочья вспышкой яркого огня. Лопнул, как самый большой на свете воздушный шарик, выпустив на волю немыслимое количество энергии. Всего за несколько коротких секунд от величественной машины не осталось даже и следа.
Высвободившаяся энергия четырех магических кристаллов придала взрывной волне невероятную скорость. Огонь и дым уничтожили всю растительность в радиусе трехсот метров, а взрывная волна выкорчевала с корнем деревья на расстоянии двух километров от эпицентра взрыва. Докатилась она и до стеклянной катапульты, отшвырнув ее метров на семьсот в сторону от жуткого пожарища, что гигантским пятном расползалось по девственно-зеленому лесу.
7.
- Тридцать лет я водил этот гаргензор, -удрученно качал головой Солер, стоя на краю необъятного участка выжженного леса. - Тридцать лет я перевозил на нем грузы в самые дальние уголки Элудита. Вступал в неравные бои с морскими пиратами, и один на один противостоял целым шайкам колдунов. И никогда в моей голове даже мысли не возникало о том, что я могу потерять эту машину. И из-за кого потерять?! Из-за самых безобидных созданий нашего мира!
Солер выдавил из себя кривую усмешку и отвернулся в сторону. На глазах этого сильного, во всех отношениях мужчины, Фло заметил наворачивающиеся слезы. Именно слезы, а не капли проливного дождя, который совершенно внезапно обрушился на землю сплошным потоком. Словно сама Афракона решила спуститься на землю и потушить пылающий лес.
Моер тяжело вздохнул и положил руку на плече своего товарища.
- Не переживай, Солер. Рано, или поздно любой машине приходит конец. Это дело времени. Твой гаргензор погиб геройски.
Солер одним нервным движением стряхнул руку с плеча и разразился истерическим хохотом.
- О каком геройстве ты говоришь, друг мой?! Его насквозь продырявили самые безобидные создания нашего мира! Да надомной весь Останский автопарк смеяться будет! Начиная от главных механиков, и заканчивая сторожами с уборщицами! Какого черта эти огнекрылы вообще на меня напали?! Я же им ничего плохого не сделал!
Фло уныло покосился на Шака, а тот ему в ответ покачал головой. Мелин опустила голову и тяжело вздохнула. Им троим была известна истинная причина этого нелепого нападения, но рассказывать о ней они никому не торопились.
- Успокойся, Солер, -рассудительным голосом, проговорил Зектор. Его длинные намокшие волосы обвисли, словно сосульки, а невидящие глаза в вечернем полумраке казались жуткими белыми шариками. - В жизни всякое случается. Говорят, что и палка иногда стреляет. Причину установит комиссия, а нам сейчас нужно посмотреть - может, что из твоего груза уцелело.
- Да что тут может уцелеть, -покачал головой Солер. Кажется, он немного успокоился, и теперь задумчиво глядел вдаль, на глубокую длинную траншею, которую пропахал его бывший гаргензор. Траншея медленно заполнялась мутной желтой водой из лесного ручья и в ней даже, время от времени, плескались рыбы. - Видел, как рвануло? Четыре тонны артиллерийских снарядов, плюс энергия четырех магических кристаллов. Здесь лес километров на пять скосило. Удивляюсь, как нашу катапульту в космос не забросило? От такого взрыва даже банковский сейф на куски порвет, чего уж там говорить о ящиках да мешках.
***Чуть позже, когда дальнобойщики удалились в гаргензор Моера, чтоб подсчитать хотя бы приблизительный убыток, ребята собрались у костра, чтоб перекусить оставшимися припасами пригсов. Дождь прекратился так же внезапно, как и начался. Словно понял, что сделал свою работу и, с чувством выполненного долга, отправился на поиски других лесных пожаров. Особого аппетита ни у кого не было, и челюстями ребята двигали чисто инстинктивно. Волнения сегодняшнего дня были на столько сильными, что мясо в горло лезло с трудом и на разговоры совсем не тянуло. Голова каждого была занята какими-то своими мыслями. Фло размышлял о письмах, которым не суждено было дойти до родителей. Шак пытался вычислить в уме степень вероятности одновременного помешательства такого большого количества огнекрылых драконов. А Мелин никак не могла избавиться от неприятного ощущения того, что этот добрейший человек, Солер, лишился своей любимой машины по их вине. После нескольких неудачных попыток отвести свои мысли в другую сторону, она тихонько спросила, с опаской поглядывая на светящиеся окна грузовика Моера:
- Вы им не расскажите -почему огнекрылы напали на гаргензор? По-моему, дальнобойщики имеют право знать правду.
Фло угрюмо оторвал зубами кусок мяса и без всякого удовольствия принялся медленно жевать. Ему не хотелось отвечать на этот вопрос. А Шак неуверенно покачал головой, глядя в одну точку где-то в центре костра.
- Нет, Мелин. Н расскажем. В жизни бывают такие ситуации, когда человеку лучше не знать правды. Я вовсе не боюсь, что Солер возненавидит нас за это. Ведь нашей вины тут и нет вовсе. Просто, ему вряд ли от правды станет легче. О таких вещах обычно говорят некоторое время спустя, когда человек успокоится.
Глава восьмая.
«Переход»
1.Гаргензор Моера, в котором ребятам пришлось проделать остаток пути, приземлился на краю деревни Максимаз, рядом с ровными рядами разноцветных брезентовых шатров. Прилета дальнобойщиков, судя по всему, ожидали уже давно - не успели еще заглохнуть двигатели грузовиков, а уже с десяток длинных погрузочных платформ летели к ним изо всех уголков деревни.
Деревня. Пожалуй, это громко сказано. Десятка три каменных домов, возможно когда-то и могли называться деревней, но только не теперь. Дымящиеся развалины; кое-где даже бушует пожар, который никто уже не пытается потушить. Высокая часовня, похожая на решето из-за многочисленных пробоин, вздымается над разрушенными строениями, но все еще продолжает отсчитывать время старинными круглыми часами. Вдалеке, на скалистом океанском берегу, виднеется покосившийся пирс и парочка затонувших шхун возле деревянного, обгорелого причала. Многочисленные сады с надломленными и почерневшими деревьями, пестрят глубокими воронками в плодородной земле. И все вокруг завалено огромным количеством булыжников и камней самой различной величины. Чумазый народ, с отрешенными и печальными лицами, бесцельно слоняется среди развалин, или небольшими кучками сидит вокруг костров. Кто-то спит, развалившись в пыли прямо возле перерытой взрывами дороги, кто-то тихо заливаться слезами, воздев грязные руки к небесам. Рыдают дети, и жалобно завывает исхудавший домашний скот. И лишь немногие с любопытством повернули головы в сторону приземлившимся гаргензоров и грустно улыбались.