– Помоги, – попросил он, скользя пальцами по гладким листам изоляции.
Фло, отчаянно ругаясь, подтолкнул Шака сзади, и тот, наконец, смог заглянуть по ту сторону трубы. Всего одной секунды хватило на то, чтоб лицо Шака перекосило от ужаса. Скатившись с трубы на землю, он на корточках пополз под нее, стараясь как можно глубже забиться в узкую щель.
– Прячься! – завопил он, накрывая голову руками. – Прячься, а не то растопчут!
Фло не мог ничего понять. Но второго приглашения, тем не менее, он ждать не стал, и бросился вслед за Шаком.
В ту же секунду по трубе что-то загрохотало, а вокруг ничего не стало видно из-за густого облака пыли.
– Что это? – стараясь перекричать шум, спросил Фло.
– Пауки! – ответил Шак, закрывая рот рукавом рубашки, чтоб не наглотаться пыли. – Большие пауки! Лежи тихо!
Сквозь пелену пыли, Фло смог разглядеть, как с трубы на землю спрыгивают огромные восмилапые туши, и, вырывая острыми когтями траву, уносятся в сторону Долины Дверей. Их было много. Сотни, а может быть и тысячи. И каждый размером со взрослого быка. Мальчики чувствовали, как под их весом труба проседает, прижимая мальчиков к земле.
– Что их напугало? – спросил Фло.
– Понятия не имею, – ответил Шак, и чихнул, вдохнув порцию измельченного шаровника. – Но, что бы это ни было, оно должно быть невероятно больших размеров, раз заставило спасаться бегством стадо здоровенных пауков!
Минут через пять бешеных скачек, поток пауков постепенно иссяк, а пыль разогнал ветер.
Фло собрался, было уже вылезти из-под трубы, но тут по ней вновь заскрежетали когтистые лапы, и на землю спрыгнули еще три паука. Они были ранены. У двоих не хватало лап, а у третьего вдоль брюха зияла большая рана. Двое безлапых пауков прихрамывая, бросились вслед за своими сородичами, а третий, пробежав с десяток метров, вдруг замер и повернулся к ребятам, уставившись на них двумя десятками красных, словно угли, глазами. Его острые клыки поочередно поднимались и опускались, источая на вытоптанную землю мутный яд.
Фло с младенчества боялся всякого рода пауков. Даже самых маленьких. А тут перед ним стояла увеличенная копия тарантула. И по этому он почувствовал, как крик ужаса подкатывает к горлу, чтоб вырваться наружу диким воплем. Но страх парализовал голосовые связки, выпустив лишь тихий стон.
Потоптавшись на месте на своих отвратительных лапах, паук вдруг издал душераздирающий скрежет, и бросился в сторону мальчиков.
И вот тут-то Фло с Шаком не удержались и завопили во все горло. Извиваясь, словно дождевые черви, они, пятясь задом, попытались выкарабкаться на другую сторону трубы, но пауки здорово потрудились, осадив ее до самой земли.
Расстояние между пауком и мальчиками неумолимо сокращалось. Фло принялся вопить какую-то молитву, ожидая скорой своей кончины. Но тут на землю легла гигантская тень, погрузив все вокруг в полумрак. Откуда-то сверху раздалось громоподобное чириканье, и паук в один момент исчез в чьем-то огромном клюве.
В воздухе прозвучал грохотание, похожее на хлопанье сотен корабельных парусов и над землей стремительно пронеслась птица невероятно больших размеров, улетая вслед за стадом пауков.
Не переставая вопить, Фло вдруг понял: эта птица была не чем иным, как гигантским… воробьем!
Фло потерял сознание. Впервые за всю свою жизнь.
2.
В сознание Фло привели брызги холодной воды в лицо. Он встрепенулся и тут же скорчился от боли, схватившись за голову рукой. В области затылка он нащупал здоровенную шишку.
– О-о-о, – простонал Фло, усаживаясь на землю. – Здорово я припечатался к этой проклятой трубе!
– Эта проклятая труба нам обоим жизнь спасла, – сказал Шак. Он на корточках сидел рядом и держал в руках запотевшую фляжку Фло
– Это чего – вода!? – спросил Фло. Не дожидаясь ответа, он вырвал фляжку из рук Шака и сделал несколько жадных глотков.
– Ух, холодная, какая, – довольно фыркнул он. – Ты что – холодильник где-то нашел?
Шак улыбнулся.
– Нет. Там, за трубой родник бьет… А я уж думал, что ты надолго отключился.
Фло густо покраснел и смущенно принялся оправдываться.
– Сам не знаю, что со мной случилось. Никогда раньше в обморок не падал.
Он поднял взгляд на Шака, и спросил:
– Слушай, ты тоже это видел? Я имею в виду воробья! Он действительно такой здоровенный был, или мне это от страха показалось?
– Нет, не показалось.
Шак деловито поправил очки. Так обычно делала учительница по матимагической физике Дульсидорана, перед тем, как начать читать какую ни будь нудную лекцию.
– Только, это был не воробей.
– Как это – не воробей? – возмутился Фло. – Я своими собственными глазами видел огромного воробья!