– А с ним что? Сломался?
Ей никто не ответил. Фло с Шаком в растерянности глядели на компас и лихорадочно пытались решить – как им быть дальше.
– Без помощи этой штуки, мы будем вечно кружить по этой пустыне! – наконец покачал головой Фло. – Здесь даже ориентиров-то никаких нет!
– Не переживай, – с грустной улыбкой усмехнулся Шак. – Вечно кружить не будем. Помрем через два дня, после того, как кончится вода! Дольше человеческий организм не протянет!
У Фло от этих слов побежали мурашки по потной спине, а во рту совсем пересохло. Он бросил на Шака грозный взгляд, и проворчал:
– Спасибо! Мне стало гораздо легче.
Шак открыл, было, рот, чтоб что-то сказать, но Мелин вдруг перебила его истерическим смехом. Она руку вперед и указала куда-то вперед.
– А у меня, кажется, уже галлюцинации начались от жары! Мне какой-то человек мерещится!
Мальчики повернули головы в указанном направлении и замерли, не веря своим глазам.
К ним действительно приближался человек. Сгорбившись, и закинув левую руку за спину, он медленно шел по песку, опираясь на длинный узловатый посох. На нем был длинный белый плащ с остроконечным капюшоном, из которого торчал длинный нос с горбинкой. Седая борода спускалась до самого пояса, и была заткнута за белый широкий пояс с блестящей золотой пряжкой в форме песочных часов.
Фло мог поклясться чем угодно, что всего пару минут назад этого человека там не было. Он как будто бы вырос прямо из песка.
– Если это и галлюцинация, то она приключилась у нас у всех троих, – тихо проговорил Шак, не сводя взгляда со странной фигуры.
– Случайно, не колдун? – осторожно поинтересовалась Мелин.
– Определенно нет, – качнул головой Шак. – Ни один уважающий себя колдун не станет надевать белый плащ. Это выше их достоинства.
Тем временем, человек поравнялся с удивленными ребятами, выпрямился и скинул капюшон.
Это оказался старик. Очень и очень старый старик. На его бледном лице не было ни одной кровинки, что придавало ему сходство с ожившим мертвецом. Губы впали, что говорило о полном отсутствие зубов. От ушей остались лишь жутковатые издохшие скорлупки. Сухая кожа плотно обтягивала лысый череп, на котором отражалось солнце, а глаза провалились так глубоко, что их и видно-то не было.
Старик взял из рук остолбеневшего Фло компас и поднес его к «уху». Прислушавшись, он растянул на лице неестественную улыбку и произнес скрипучим голосом:
– Не тикают. Отслужили свое.
Закряхтев, старик вдруг подбросил компас высоко в воздух, и размахнулся посохом, намереваясь от души вдарить по несчастному циферблату. В нутрии у Фло все похолодело от испуга, но старик промахнулся. Компас упал на песок, и у всех троих ребят вырвался непроизвольный вздох облегчения. Сам старик же с трудом удержал равновесие и сокрушенно покачал головой:
– Да-а, состарился я! Видели бы вы меня в молодости! Ведь я был лучшим бэттером в команде «Красных носков»! Отбивал мячи далеко за пределы поля! Стоял на третьем месте в бейсбольной лиге!
С лица старикашки не сползала улыбка, которая стала какой0то безумной.
Фло вышел из оцепенения и нахмурил брови:
– Какой «бэттер»? Какая «бейсбольная лига»? Вы в своем уме?!
Этот человек ему совсем не нравился. Уж больно он походил на безумца. Учитывая то, что он один бродил тут, по среди пустыни – так оно и было.
– Вы только что чуть не сломали очень ценный прибор! – добавил Фло, и нагнулся, чтоб подобрать компас. Но старик вдруг дико взвизгнул и с силой наступил на него деревянным каблуком своего башмака. Раздался неприятный хруст, который мог означать лишь одно – «ценному прибору» пришел конец.
Мелин испуганно вскрикнула, схватившись за щеки, а Шак не удержался на ногах и совьего размаху уселся в песок. Очки его съехали на нос, но тот даже не попытался их поправить.
Фло медленно выпрямился и гневно прокричал, чуть привизгивая от ненависти:
– Вы что натворили?!
Старик на удивление резво отпрыгнул назад и выставил руки перед собой.
– Чур, не драться! – захохотал он. – Я старый, и больной человек!
Фло яростно сжал кулаки и сделал шаг вперед.
Старик вновь отскочил в сторону. Словно издеваясь над ребятами, он резво принялся крутить свой посох в руках, качая головой из стороны в сторону.
– Да кто вы такой, черт возьми!? – вскипел Фло. Броситься на обидчика с кулаками ему не позволял лишь почтенный возраст старца.
– Я? – переспросил старик. – Я Дрогазон. Живу здесь. Песок, это моя стихия, знаете ли!
Дрогазон оставил в покое посох и, вытянув шею, глупо уставился на останки компаса.
– А эта штука все равно сломана была. Я, можно сказать, одолжение ей сделал. Добил, чтоб не мучался.