Зеркало.
Зеркало
Пока ещё несмелый, весь в сомненьях
Наш род земной. Но, напрягая разум,
Себя металлом прочным одевает
И возжигает искорку огня,
Чтоб в зеркале межзвездного пространства
Собою беззаботно любоваться.
Совсем неважно, на кого похожи
Те существа, что искорку души
Несут сквозь мрак и холод долгой ночи,
Им — обрести Спасение свое!
Рэй Бредбери ХРИСТОС АПОЛЛО.
Я попал туда совершенно случайно. Мой старинный друг Сергей Самойлов был специалист в этой области и однажды, когда мы с ним были на даче (а мы ещё и соседи по даче!), предложил мне сходить на выставку японских технологий в Сокольниках вместе с ним. У меня в назначенный день был выходной, и я, немного подумав, согласился.
В основном это была выставка чудес японской робототехники – они, то есть роботы, разносили прохладительные напитки, пылесосили и без того чистейшие полы, вязали шерстяные носки и свитеры, пекли аппетитно пахнущие булочки и раздавали всем присутствующим буклеты с рекламой фирм-производителей бытовых роботов Японии. Всё было очень интересно, я ходил по залам, открыв рот, и всё хотел потрогать руками очередное, пробегающее мимо меня электронно-механическое чудо.
Неожиданно в углу зала ко мне подошла девушка-японка и предложила сопровождать меня в этой интересной экскурсии. Я с охотой согласился, тем более что мне очень льстило внимание молодой и красивой девушки-иностранки, которая, непостижимым для меня образом, выделила меня из толпы.
Мы долго переходили от стенда к стенду, и она с подчёркнутым профессионализмом знакомила меня с чудесами японской техники. Было очень и очень интересно… . Но глядя на невысокую японскую красавицу, я невольно хотел с ней познакомиться и, как говорится, пообщаться с ней на другом, неофициальном, уровне. Набравшись храбрости и неожиданно перебив её пламенную речь, я предложил ей встретиться после выставки и провести другую, ознакомительную экскурсию – по знакомству с нашей прекрасной столицей. Она радостно защебетала, что давно мечтала увидееть Москву, но никогда у неё не было возможности осуществить свою мечту.
И вот, спустя два часа, мы мчались в такси по московским улицам: по Тверской, Новому Арбату, Пятницкой, Большой Ордынке и Большой Якиманке. Катами, как звали молодую японку, широко распахнув свои красивые глаза, беспрестанно удивлялась красотами Третьего Рима. Потом мы гуляли по извилистым аллеям Измайловского парка, и до темна слушали щебетанье неугомонных московских птиц. И только к вечеру выбрались в центр, где засели в небольшом, довольно уютном японском ресторанчике и, проголодавшиеся, заказали поесть.
После второй рюмки сакэ я настолько осмелел, что предложил Катами посетить моё скромное жилище. К моему удивлению, девушка охотно согласилась. В квартиру она вошла, осторожно озираясь и напряжённо всматриваясь в полумрак моей «двушки». Потом я накрыл небольшой стол и включил тихую музыку. Мы пили чудесное прасковейское вино и делились своими впечатлениями о прошедшем дне. Непроизвольно я коснулся её ладони, а она ответила мне нежным рукопожатием. И тут же мы, не сговариваясь, отправились в спальню. «Я – сейчас», – шепнула Катами и исчезла в ванной. В ожидании я отправился в ту же сторону и увидел, что дверь немного приоткрыта. Непроизвольно я вошёл туда и увидел прекрасное женское тело под тугими струями воды.
«Иди ко мне!», – увидев меня, тихо, но властно сказала девушка. И я бросился к ней словно с крутого берега в океанскую волну. А когда два разгорячённых тела слились в одно, я потерял счёт минутам и секундам, отдавшись вечности. После, в постели, я целовал её грудь и шею, нежно касался губами длинных ресниц её немного раскосых глаз и шептал в изящное маленькое ушко пылкие слова любви, которые слышал только в кино.
…Я проснулся поздно ночью. Катами лежала с открытыми глазами и нежно гладила мои волосы. Я снова вернулся к ней.
Второй раз я проснулся и увидел, что она спит; погладил её чёрные как смоль волосы и почувствовал, как её нежные губы коснулись моей груди. Мы снова утонули в нашей любви.
Утром пришлось отправиться на работу, оставив мою спящую красавицу отдыхать после бурной ночи, и там униженно и настойчиво просить шефа о предоставлении мне отпуска за свой счёт. Конечно же, он ни в какую не соглашался дать мне столь необходимое время для личных нужд. Но, когда я со всей пылкостью рассказал ему о постигшем меня приключении, он пристально посмотрел мне в глаза… и подписал заявление.
Две недели промчались как один миг. Я любил Катами, она любила меня, и оба мы были счастливы. На исходе четырнадцатого дня мой домофон запел свою тревожную мелодию.