Я милостиво разрешил и проводил его до двери. Когда вернулся, то увидел Катами, протирающую пыль с мебели.
– Ты что это придумала? – улыбаясь, спросил я.
– Раз начала – надо закончить, – улыбнулась она мне в ответ.
Несмотря на комичность ситуации, я понял, что без паспорта Катами нам тяжело будет общаться с властями, и поделился с ней этой мыслью. Она ответила, что нет ничего проще – и, достав из своих вещей (своего японского приданого) какой-то хитрый приборчик, тут же синтезировала паспорт со своей фотографией и своим именем. Паспорт был как настоящий, но японское имя и фотография не исключали придирок полиции.
Хорошо, что в моём ноутбуке хранились сканированные копии паспортов моих сослуживцев (по служебной надобности) и мой старательный робот, ознакомившись с ними и поколдовав немного со своим приборчиком, показала мне новый, более совершенный паспорт с фотографией нашей сотрудницы, лицо которой приглянулось ей. И тут же приняла её облик. На том мы и порешили: со мной она будет Катами, а для других – эта самая женщина.
Но полностью избежать общения с полицией, конечно же нам не удалось. Гуляя как-то по аллее вдоль Щучьего пруда в нашем парке в Кузьминках, мы были остановлены полицейским патрулём. К нам вальяжно подошёл капитан, старший патруля, и, многозначительно оглядываясь на своих подчинённых (вот, мол, как надо действовать!), потребовал показать документы. Мы предъявили свои паспорта, но на этом дело не кончилось. Офицер подозвал двух девушек, которые проходили мимо, и попросил быть понятыми.
В то же самое время один из его подчинённых зашёл за мою спину и в тот момент, когда девушки подошли к нам, молниеносно сунул мне что-то в карман. Непроизвольно я попытался выяснить, что мне "презентовали", но здоровый прапор крепко ухватил меня за запястья. Я слышал о таком полицейском произволе, но никогда не думал, что сам попаду в такой переплёт. Моя спутница неподвижно наблюдала за их действиями.
– Гражданки, вы приглашены в качестве понятых. Мы задержали известного наркодилера и в вашем присутствии будет произведён личный досмотр этой личности.
Девушки недовольно фыркнули, но противоречить служителям закона не стали. С ловкостью фокусника, подняв свой рукав почти до локтя, капитан беспардонно полез в мой карман. Однако вытащить оттуда ему ничего не удалось. Он беспомощно посмотрел на прапорщика, достал из своего кармана платок и стал вытирать своё покрасневшее от досады лицо. Но это был не платок, а небольшой полиэтиленовый пакет с белым порошком.
Капитан, заметив это, тут же отшвырнул пакет в сторону. Но было поздно: одна из девушек уже запечатлела столь редкий кадр на своём мобильнике. Офицер хотел отнять у неё телефон, но кто-то из толпы зевак уже снимал эту сцену миниатюрной видеокамерой. Незадачливый полицейский, развернувшись, быстро ретировался, а его сослуживцы бросились вслед за ним.
Завтра весь Интернет будет обсуждать эту новость. Да, капитан," никогда ты не станешь майором!". Я оглянулся Катами, она смотрела на меня, загадочно улыбаясь. Так это её рук дело, как же я сразу не сообразил!
Кстати насчёт Инета, она не сидела, сложа руки дома, пока я парился на работе. Что она там делала, я не знаю, но мой яндекс кошелёк постоянно пополнялся иногда небольшими, а иногда и довольно приличными суммами. Как она их зарабатывала, Катами мне не рассказывала, а говорила, что пока она со мной, её знание интернет технологий не даст нам умереть с голоду. Хотя к пище она была равнодушна, но наряды и украшения в облике женщины ей были необходимы.
Робот высокого класса, она могла выражать любую эмоцию, любое переживание. Как-то вернувшись с работы, я застал её за чтением книги, она читала и плакала. Я поинтересовался, что за драму она читает; она молча показала обложку: Рей Бредбери "Электрическое тело пою!". Моему удивлению не было границ. Словно над великой драмой любви Шекспира она рыдала над произведением известного писателя-фантаста и не могла остановиться.
– О чём же здесь плакать? – спросил я, нежно прижав её к себе.
– Как ты не понимаешь! Это же про меня… это про нас с тобой! – отвечала Катами, рыдая мне в плечо.
– У тебя есть дети? – неожиданно спросила она.
– Сын. От… первого брака.
– Хочешь, я рожу тебе сына; или дочку?
– А, разве это возможно?
– Наверное. Если взять яйцеклетку какой-либо женщины и оплодотворить твоим сперматозоидом, а потом вырастить плод в моём инкубаторе, внутри меня, то должно получиться.
– А зачем тебе это?
– Понимаешь, ты смертен, а я – нет. Если ты уйдёшь, то моё существование теряет дальнейший смысл. Мне только остаётся перейти в режим самоуничтожения и тоже покинуть этот мир. А если со мной останется наш ребёнок – я буду жить для него, выращу, выучу его, буду растить его детей и его внуков, я стану бабушкой, вечной бабушкой для твоих потомков!
– Но это же – чистейшей воды фантастика. Это подрывает все моральные устои человечества. Разве мы можем ставить подобный эксперимент.
– Ты на меня не кричи, ты послушай: