Селена вновь кивает, как куколка на торпедо авто. Она забирает свои вещи и стремительно покидает офис, инстинктивно обнимая себя руками. Тонкие плечи под черной тканью дрожат не то от холода, не то от стресса. Карисса…
Почему все случилось именно так? Кто пришел в здание бюро с портретом? Кто назначил огромную сумму за одну проклятую интровертку с больной башкой?
Селена дёргано смотрит на фигуру рядом. Лифт несется вниз, подобрав на одном из этажей какую-то девушку, что расслабленно стоит в кабине. Селена не видит лица, сгорбившись, но замечает легкую улыбку на чужих губах. Да уж… она выглядит как посмешище, достойное чужого порицания.
На улицах уже ночь. Автомобили рассекают воздух, скрипя покрышками. Ветер из-за циклона бушует, раздувает волосы и длинную юбку черного платья. Селена знает, что в углу следующего дома находится алтарь. В ураганную погоду свечи в нем не горят, но убогие сидят пред своим божеством, катают в пальцах четки, произносят молитвы. Селена не хочет… не хочет возвращаться туда. Не хочет снова падать в бездну, не сейчас, когда мечта уже ждет на пороге. Карисса… Хорошо ли ты поживаешь? Тепло ли тебе в эту страшную бурю? Селена замерзла. Ее жестоко хлещет ветер, бьет щеки и нежные пальцы рук. Хорошо ли тебе, Карисса? Весело ли? У Селены на глазах стоят слезы.
* * *
Книги из библиотеки падают на пол вместе с другими вещами. Девушка выворачивает сумку, вытряхивает все даже из потайных карманов. Еще днем она мечтала как можно скорее оказаться дома, чтобы прочитать несколько глав, потренироваться, попробовать медитации. Планы были наполеоновские! Но сейчас один косой взгляд на пособия вызывает ядовитую улыбку. Смешно тебе, Карисса?
Селена срывает полки и стеллажи небольшой квартиры. Она двигает мебель, роняет цветочные горшки, пытаясь выплеснуть душащую злость.
Студия утоплена в хаосе теми же руками, что создавали здесь уют. Вазы расколоты, клочками валяется земля. Задетый торшер продолжает светить, но теперь прибитый к старому паркету. Соседи наверняка слышали зловещий грохот буфета, разбившегося от сильного толчка.
Селена громко дышит. Ее сердце бьется о грудь куда звонче тарелок, что превратились в омерзительную фарфоровую кашу.
Теперь вокруг творится тот же раздрай, что и в душе. А посреди всего этого в темноте комнаты стоит Селена, размазывающая кровь с израненных пальцев по черной юбке.
В спальне под кроватью девушка находит кофту и платье. Она давится воздухом, сминая ткань в руках. И там же, среди другого ненужного хлама, прячется ключ. Длинный металлический ключ с очаровательным брелком-котиком.
Нашла…
Глава 4
На встречу с Роуэном Селена приехала на такси. Циклон сохранял сильные ветра, несмотря на попытки атмокинетиков контролировать погоду. Глядя на пасмурное небо, девушка невольно вспоминала Лиару — такое же теплое и живое, как ее улыбка, солнце сейчас робко пряталось, отказываясь появляться.
Лишившись необходимости посещать офис судопроизводства, Селена вдруг заскучала по той работе, которую почти возненавидела. Да, она страдала, пытаясь влиться в коллектив, но сейчас отдала бы все, чтобы вновь оказаться за своим рабочим столом и послушать голоса коллег.
Из-за погоды ей пришлось немного отступить от привычного стиля — простые брюки и кофта, но всё так же в темных тонах. Выходя из машины, Селена расплатилась с водителем и первым делом взглянула на дом напротив.
Треугольная крыша почти касалась тяжелых грозовых облаков. Некогда белый сайдинг сейчас был грязно-серым, с дождевыми подтеками и местами зияющими щелями. Небольшое крыльцо в старом стиле выглядело ветхим и немного покосившимся. Даже снаружи этот дом был… отталкивающим.
Район тоже не вызывал симпатии — городская окраина, частный сектор, длинные пустынные улицы, где встретить живого человека сложнее, чем призрака в старом особняке. Квартал небогатый, и окружающие строения выглядели не лучше — древние, покосившиеся. Сложно поверить, что семья Кариссы могла жить… здесь.
Роуэн прибыл с опозданием. Он извинился, сославшись на аврал и переработку. Селена даже чуть улыбнулась, заметив откровенно помятый вид мага. Вроде высокоранговый силач, занимающий далеко не последнее место в обществе и бюро, а как все может проспать и заявиться на дело со следами от подушки на щеке.