Но сейчас их не было. Возможно, они как раз подоспели в общину к разгару этого «концерта», но отчего-то не спешили мне на помощь. Потому что меньше надо было выпендриваться, когда говорили тебе: «Сиди дома, женщина!». Но мы ж птицы гордые…
Увлекшись своими страхами и распластавшимся на земле в позе морской звезды Свободным, я, конечно, услышала, но запоздало поняла, кто это там сзади хрипло рычит.
Юрлиш — тварь редкостная. Тот редкий тип нежити, который не взять ни магией, ни кулаком. Только старая добрая соль или серебро. И лучше — в голову. Но ничего, что могло бы отправить стоящую сзади меня зверюгу в лучший мир, под рукой не было. Даже если бы и было, я бы вряд ли сумела воспользоваться оружием: ноги казались ватными и подгибались, как у только учащегося ходить ребенка.
Уже третий раз за последние полчаса я прощалась с душой. И, скорее всего, распрощалась бы с ней навсегда, если бы не резкий выстрел, раздавшийся у меня за спиной. Хорошо, что не в спину.
Руслан резким движением перезарядил видавшую виды дедушкину двустволку, злыми, колючими глазами глядя на смирно лежащего рядом со Свободным Юрлиша.
Собравшись с духом и подобрав с пола отвисшую челюсть, я пыталась снова научиться говорить, чтоб броситься Руслану на шею и в подробностях рассказать ему о том, как же я благодарна его снайперским талантам, ожидая услышать привычную по фильмам фразу: «С тобой все в порядке?». Но я попала не в ту сказку. Не проронив ни слова, Руслан двинулся в направлении огорода, куда еще пятнадцать минут назад двигалась и я.
Не заставляя себя упрашивать, я пошагала за мужчиной, стараясь ступать след в след, как будто в земле, по которой мы шли, были закопаны мины, а вовсе не картошка. Руслан держал ружье наизготовку, я — заклинание, на тот случай если мимо прошмыгнет не слишком расторопный маг.
Добравшись до улицы, которая вела в сторону площади, Руслан соизволил разговаривать. Обычно мягкий и безобидный, как огромный плюшевый медведь, на этот раз отец Дарена бал похож на раскормленного ощетинившегося ежа. Казалось, только попадись ему кто-нибудь под руку, будь ты простой Свободный или сам полумифический Ратмир, участь твоя одна. И не самая радушная. Мускулы лица Руслана дернулись помимо воли хозяина, когда, пересилив себя, он все-таки посмотрел мне в глаза.
— На площади Хранители. Поддержи. Как сможешь. Мне там делать нечего. Я дальше пойду.
Больше ничего не сумев из себя выдавить, он быстро исчез за поворотом. Понимая, что изображать столб мне тоже ни к чему, я, окончательно запутавшись в происходящем, побежала к площади.
Обвешавшись защитными амулетами, Пахом яростно отбивался от магов старым добрым дрыном, позабыв где-то (или в ком-то?) меч Вадима, и рычал так неистово, что лично я бы удрала в панике от одного только этого звука. Хотя амулеты гасили заклинания, которые сыпались со всех сторон, но не нейтрализовали их полностью. Пахом чувствовал что-то наподобие того, если бы на него напало улья два разгневанных пчел, отчаянно защищающих свою королеву.
Вадим бегал, как подхватившая бешенство болонка, и старался цапнуть заклинанием как можно большее количество магов. По глазам Свободных было видно, как же сильно они его ненавидят.
Даже дед Прохор, лет двадцать как отказавшийся от меча, сегодня решил напомнить всем, что еще может поддать стране угля. Все кто, мало-мальски владел магией, отчаянно дрались за свой дом, раскаляя воздух и швыряясь зарядами чистого света.
Лариса, сжав губы, пыталась плести боевые заклинание, но это было так же нелепо, как и заставить балерину танцевать хип-хоп. Отчаявшись победить Свободных магией, женщина достала из висящей на плече сумки пару скляночек с синей жидкостью, которые я уже видела у Веси, и прицельно запустила их под ноги магов. Стоит ли говорить, что маги были не в восторге?
Воспользовавшись секундой, которую наиболее проворные маги потратили на то, чтобы отскочить от разлившегося у них под ногами зелья, которое не преминуло сделать громкий «БУМ!», повалив на землю троих, я добила их сверху заклинанием. Очухавшись через долю секунды, Свободные переключили всю свою ярость на меня.