Целитель дружелюбно мне улыбнулся и пошел на свое место. Нога перестала болеть, а на месте дырки от пули осталось лишь розовеющее пятно нетронутой кожи. Что там говорить о мелких ссадинах и порезах!
Маг с ягуаром на запястье надменно похлопал, и его жидкие «аплодисменты» эхом пронеслись по залу, отскакивая от стены к стене, как брошенный теннисный мячик.
— Браво! — констатировал Истива. — И так бы походила, ничего с ней не сталось бы.
— Вряд ли господин оценил бы столь подранное Зеркало. — заступился за целителя Гаррет. Маг был все таким же холодным и надменным, как в тот вечер. Его снисходительная улыбка меня раздражала, так и хотелось дать по куполу.
— Агрессия, агрессия. — пробормотал Сонат. — Мы не станем причинять тебе вреда. Нам, наоборот, нужна твоя помощь и понимание нашей проблемы.
— Я уже давно предлагаю тебе сотрудничество. — поддержал его Златан, встав из-за стола. — В обмен ты сможешь попросить все, что угодно. Из возможного, естественно. — сразу же поправился маг, ставя передо мной тарелку с едой. Пахло здесь очень аппетитно, а желудок уже практически присох к позвоночнику и требовал, чтобы я заглотнула все лакомства со стола разом, но гордость была сильнее.
— Если ты нам поможешь, и все пройдет как по нотам, у тебя будет все, о чем только может мечтать человек. Шикарные дома, яхты, слуги, счета в банке. Купишь себе весь мир — только пожелай. — убеждал меня Гаррет. — Сменишь наконец эти лохмотья на нормальную одежду, будешь сидеть на пляже где-нибудь на Сейшелах, потягивать коктейль и радоваться жизни.
— Что-то такое я уже слышала. — ответила я, пристально глядя Златану в глаза.
— И я не обманывал. Тогда я даже не знал, что ты мне можешь быть настолько полезна. Но теперь — все что угодно за одну лишь услугу.
— И какую же?
— Давным-давно, когда тебя еще не было на свете, наш общий знакомый Феофан запер одного очень важного для нас человека в клинке. — пояснил Истива.
— О, Ратмир… — понимающе протянула я, осмелев.
— Он самый. — согласился Райли. — Клинок он нам отдал, но как всегда не смог без своих причуд и окружил его непроходимым энергетическим полем.
— Для нас непроходимым. — поправил его Гаррет. — Но для тебя это раз плюнуть.
— Ладно. И что потом? Даже если я смогу достать клинок, что будет потом?
— Дальше это уже наши заботы. — спокойно ответил Камал, потягивая через трубочку сок.
— Но что вы собираетесь делать с клинком? Вернете Ратмира?
— Вернем. — не стал отрицать Айкен. — Но тебя это беспокоить не должно.
— Мы просто вернем вещи на свои места и все. — убеждал Златан. — Ведь до того, как Феофан заковал своего братца в кусок железа, они как-то сосуществовали вместе, и мир не переворачивался с ног на голову, и солнце светило, и птички пели… Да и жить было как-то веселее, по правде говоря. Так что никакой катастрофы не произойдет, и с Феофаном ничего не станется, это мы тебе гарантируем. Хранители ведь должны хранить баланс, верно? Так какой же это баланс, когда Феофан жив, а Ратмира нет. Мы только хотим вернуть порядок.
— Ты не можешь понять какая нам с этого выгода, детка. — подхватил мой незаданный вопрос Сонат. — Все очень просто. Ратмир был нашим отцом, братом, наставником, учителем. Без него нам пришлось учиться принимать решения самостоятельно, но у нас это не слишком хорошо получается. Нам тоже надоело толкаться локтями, потому что править ввосьмером — не слишком удачная придумка. Нам нужен лидер. Нужен человек, которого бы мы слушались, за которым шли бы.
— К тому же, помогая нам, ты защитишь своих Хранителей. — прищурившись сказал Индус. — Начнешь фортели выкручивать — пострадают твои друзья. А справиться с ними для нас не задача, тем более, когда мы единодушны в этом решении. Поймаем одного, остальные сами придут. И Феофан не поможет. Тебе же помогать он не спешит. Не будь дурой, посуди сама. Вы ему не нужны. Он найдет себе новых. А вот друзей я бы пожалел.
Меня загнали в тупик. Они прекрасно знали, что я не отверчусь, наверное, всю ночь слова по ролям заучивали. Они учли все, продумали каждый свой шаг так, чтобы не оставить мне ни единой лазейки. К тому же в их словах была доля правды. С возвращением Ратмира все действительно радикально не измениться, может оно так и правильнее будет. Но сотрудничать со Свободными — значит предать своих. А я не могу. Я не должна.
— Если я вам помогу, то…
— Теоретически, ты будешь вольна делать, что тебе вздумается. — сразу понял меня Сонат. — К тому же мы слов на ветер не бросаем — будем исполнять любой твой каприз. И не потребуем взамен никакой магии, ты не будешь обязана носить наши знаки или делать еще какие-то такие глупости.