— Без права на реабилитацию? — уточнила я.
— Он уже и так не на самом хорошем счету. — грустно вздохнул Михей, не отрываясь глядя на дорогу.
Немного успокоившись, я снова уставилась в окно. Трудно даже сказать, что хуже: умереть или лишиться Дара. Даже я, не так давно привыкшая к этим фокусам, уже не могу представить свою жизнь без магии. Что уж там и говорить о Сэте, который с сопливых лет только ей и жил. К тому же, куда идти, если выгонят из общины? Там его дом. Не думала, что мне когда-нибудь мне станет жалко этого поганца, но сейчас я готова была забыть ему все прежние обиды, лишь бы он оставался с нами таким же как был и продолжал вытягивать мне нервы своими тупыми приколами.
От столь человеколюбивых размышлений меня отвлек гудок впередиидущей машины. Верен давал знать, что сворачивает с дороги. Мы подъехали к несуразному зданию, которое не видело даже призрака ремонта уже дольше, чем я живу на свете. Проржавевшая от дождей и еще неведомо чего вывеска гласила, что мы приблизились к заведению «Три сосны». Мгновенно сообразив куда попал, желудок затребовал внимая к себе с удвоенной силой. Мне даже было все равно, под каким соусом они подадут крысятину на гриле.
У заведения стояли уже полюбившиеся мне дальнобойщики. Те ли это, кто попался Сэту под горячую руку, или уже другие, я сразу сказать и не могла, но, во всяком случае, теперь они не были так воинственно настроены.
У порога, греясь на солнышке, сидела небольшая компания мужиков, размеренно пускающих дым сигарет.
— Да ты больше Серегу слухай. — пренебрежительно сказал самый старший из них с невыводимым украинским говором. — Он таби расскажет. Такой болобол, шо упаси Господь.
— Да ну. — не согласился с ним заросший щетиной молодой парень. — Это и Иван подтвердить может. Он-то трепаться не будет.
Заметив нас, подходивших к дверям, мужчины расступились, но скорее не для того, чтобы пропустить, а чтобы рассмотреть получше. Ребята уверенно зашли внутрь, совершенно не обращая внимания на пристальные взгляды посетителей. Я и так старалась от них не отставать, но ребята поняли наставления Лазаря слишком уж буквально и окружили меня со всех сторон, что я почувствовала себя мега-звездой в окружении телохранителей. Такой толпой мы прошли через весь зал и уселись за самый большой стол. Молодой парень в испачканной моторным маслом футболке, воодушевленно о чем-то рассказывающий своим друзьям, оборвался на полуслове, выпучив на нас свои глаза, которые и без того уже были на выкате.
— Чего они так на нас уставились? — не удержалась я от того, чтобы тихо спросить. — Это из-за того как я выгляжу?
— Они просто думают, что у тебя редкая и ужасно заразная неизлечимая разновидность свиной чумки. — не удержался от комментария Сэт. Парень с довольным видом кутался во взятый в машине плед, но уже было видно, что он потихоньку приходит в норму. По крайней мере, если остались силы язвить, то жив будет.
Хмурый дядька за прилавком проводил нас недобрым взглядом и, заметив, что молоденькая девчонка, которая здесь, видимо, работала официанткой, спешит к нашему столику, гаркнул на нее и пошел обслуживать сам.
— Чего-то хотели? — опасливо поглядывая на парней, осведомился дядька.
— Поесть нам принесите. — не слишком вежливо распорядился Верен.
— Сейчас принесу. — пробурчал он, напоследок еще раз кинув недоверчивый взгляд на нашу компанию.
К примолкшим после того, как мы пришли, посетителям начал возвращаться дар речи и парнишка с выпученными глазами громче всех заорал:
— Вот, а вы мне не верили! Я же говорил, шесть амбалов и девка еще ими руководит! А вы все «брешешь, брешешь»! А я ведь сам видел, на что они способны! Вот этот, — парень указал на Сэта, — Кольку Филимонова в воздух поднял одним только движением руки, а потом как на землю опустил, что я уж думал, тот не встанет. А потом этот вот, здоровый, к нему присоединился. «Хватит, — говорит, — младенцев избивать, нас там еще дела ждут». И лыбится, гад, так зло. А вот этот, в шапке, — на этот раз пришла очередь Михея быть изобличенным, — стоит, над нами насмехается, а сам колдует! Мы с мужиками так за головы и похвастались. Башка трещит, вот-вот на мелкие кусочки разлетится. Один даже заикаться после того начал. — захлебываться словами парень. — А остальные-то стоят себе в сторонке, глумятся, мол, если кто вырвется, чтобы подоспеть дружкам своим на помощь.
Я недоуменно посмотрела на парней.
— Мы популярны. — глумливо приподняв брови, ответил на мой немой вопрос Сэт.
— И что делать? — не совсем понимала я, как можно оставаться такими спокойными, когда нас фактически поймали за руку.