Не промолвив ни слова, Феофан быстро вышел из комнаты. Ратмир несколько минут смотрел на захлопнувшуюся за ним дверь.
— Глупенький маленький братик. Века совсем не пошли тебе на пользу. Неужели ты думал, что я так вот выложу перед тобой все карты, если не буду уверен, что у тебя не остается никакого шанса мне перечить? — произнес он свои мысли вслух. — Думай же, решай, как лучше поступить. В любом случае я уже выиграл эту битву…
…Снежинки все так же неспешно опускались на землю, вовлекаемые ветром в сумасшедший вальс. Феофан шел к хорошо знакомому дому, где сегодня должно было все решиться. Изменив своему обычному безразличию ко всему мирскому, Феофан раздражался от каждой мелочи. Он ругался на снег, который валит уже третий день, на слуг, которые не успевают его счищать с дорожек, на брата, который вечно выдумывает разные беды на их головы, на своих учеников, которым действительно не тягаться с хорошо вышколенной армией Ратмира, на самого себя, потому что позволил всему случиться. Он с силой сжал кинжал, прикрепленный к поясу. Подарок брата на трехсотлетие. Того брата, которого он бесконечно любил и ненавидел всем сердцем.
Услышав за спиной скрип снега под двумя парами ног, Феофан озлобленно сплюнул.
— Я же вам приказал не ходить за мной!
— Мы идем не за Вами. Мы идем вместе с Вами. — нагло заявил его ученик. Молодой эльф давно уже напрашивается на хорошую взбучку.
— Вам там делать совершенно нечего. — еле удержавшись от того, чтобы не закричать на Лазаря, заявил Феофан. — Это мое личное дело.
— Не Вы ли нас учили, что дела Хранителей всегда касаются всей общины? — поддерживая друга, посмел перечить совсем еще юный маг. Поймал-таки на слове!
— Софон, а не я ли вас учил слушаться меня безропотно? — не остался в долгу парень.
— Вам понадобиться помощь. — не сдавался Лазарь.
Феофан резко развернулся и сделал пару шагов навстречу своим ученикам.
— Если бы мне понадобилась, чья-то помощь, то вы были бы последними, к кому бы я за ней обратился. Это понятно? — прорычал Феофан, стараясь как можно больнее зацепить самолюбие молодых магов.
Из восьми последователей, только эти двое посмели дерзнуть и ослушаться приказа оставаться дома. Он вовсе не считал их худшими, даже наоборот, гордился своими учениками. Просто он не мог позволить им соваться за ним в пекло. Феофану ничего не грозит, он бессмертен, а вот эти совсем зеленые маги запросто пострадают. Ратмир не особо церемонится с теми, кто не разделяет его взглядов. И Феофан может оказаться не способен вовремя их защитить.
— Нам все равно, что Вы думаете о нас. Мы идем и точка. — упрямо заявил Софон, отчаянно пытаясь залезть в мысли учителя, но постоянно натыкаясь на мощную защиту.
— Мы Вас не оставим одного, даже если наша компания не особо вписывается в Ваши планы. — подтвердил эльф.
В глубине души Феофан надеялся на такую реакцию, но даже сам себе не готов был в этом сознаться. Сейчас как никогда ему нужна была поддержка, простое дружеское похлопывание по плечу. Ему было важно знать, что все его труды не прошли напрасно, и есть на свете люди, которые безоговорочно уверенны в правоте своего учителя.
— А если я поддержу Ратмира? — уточнил Феофан.
— Значит, это единственный верный путь. — заверил его Софон.
— И тогда нам вовсе не стоит ничего опасаться. — добавил Лазарь.
Феофан задумчиво прикусил губу.
— Если появится малейшая опасность, вы тут же уйдете. — скомандовал Великий маг и, резко развернувшись, направился в дому брата.
В особняке сегодня жизнь кишила, как в развороченном муравейнике. Слуги бегали из комнаты в комнату, не успевая выполнять все отданные им приказы, Свободные, стараясь сохранить непоколебимый вид, переговаривались о чем-то малопонятном и копошились в старинных свитках и книгах, торопливо перенося их с места на место.
Никто не обратил малейшего внимания на вновь прибывших гостей. Феофан схватил за плечо пробегавшего мимо молодого Свободного:
— Где Ратмир? — требовательно спросил он без лишних расшаркиваний.
Златан бросил ему снисходительный взгляд, слегка скривив губы. Этому парнишке было не больше семнадцати, хотя точного своего возраста он и сам не знал. Ратмир встретил его на Смоленщине, когда гостил у своего приятеля. Помощник конюха, простой крепостной мальчишка случайно застал хозяйского гостя за мирной беседой с местным полтергейстом. Но, как ни странно, не испугался и не побежал с криками «Приведенье!» по всему имению, а нагло предложил барину выгодную сделку: молчание в обмен на то, что тот его выкупает и забирает к себе в ученики. Не то, чтобы у Златана был выдающийся Потенциал или особая предрасположенность к какому-нибудь редкому Дару, просто Ратмира поразила настойчивость и целеустремленность этого наглеца. Хотя зачастую именно Златану доставалось тумаков больше всех, когда господин был чем-то недоволен, Ратмир ни в ком из восьми своих ближайших учеников не был так уверен как в этом безродном оборванце.