— Дед мне сам тебя подарил! — кричал он, — С ним у меня были прекрасные отношения. То, что он оставил титул моему покойному отцу — ничего не значит.
— Скажите ещё, что вы не помогли своему батюшке отправиться на тот свет в сражении у Берестова! — со смехом воскликнула сабля.
— Что? Чтооо⁈ — завопил в гневе граф.
Взмахнув руками он швырнул в саблю водяной ураган. Та вонзилась в стену и граф тут же заморозил воду, сковав оружие в ледяной тюрьме.
— Маэстро Иллюзио! Это выходит за все грани приличия! — закричал Волконский, — Клянусь, если я узнаю, что это Дреговичи подговорили вас на эту гнусную шутку, я…
— Это просто фокус, ваше сиятельство, — нервно засмеялся фокусник, — Вещи несут белиберду, в которой нет никакого смысла… Клянусь, я…
Граф хотел ещё что-то сказать, но в этот миг разом ожили сабли всех сопровождавших его сыновей. Высвободив своего товарища из ледяной тюрьмы они вместе ринулись в атаку на графа. Завязалась ещё одна яростная схватка.
Я стоял на сцене, пытаясь понять, что делать дальше. Маэстро Иллюзио, всё ещё дрожащий и бледный, смотрел на меня с мольбой в глазах. Но что-то в нём было не так. Я почувствовал странную магическую энергию, исходящую от него, но не мог понять её источник. Она была чуждой, словно не принадлежала этому миру.
— Откуда у вас эта сила, маэстро? — спросил я, пристально глядя на него. — Вы что-то скрываете.
— Я ничего не знаю! — закричал он, отступая назад. — Это мой врождённый дар! Я всегда показывал фокусы, и всё было прекрасно! Только сегодня что-то пошло не так!
— Врождённый дар? — я усмехнулся. — Сильно сомневаюсь. Вы используете что-то ещё. Что это?
Он продолжал отнекиваться, но я не верил ему. Я позвал Ставра, который уже подбежал ко мне, сжимая в руках саблю. Происходящее у Волконских он, похоже не заметил и я делал всё, чтобы мой друг не смотрел в сторону их столика. Не хватало ещё, чтобы ожил и его клинок.
— Ставр Ольгович, осмотрите его, вы же в этом разбираетесь, — сказал я. — На маэстро что-то есть. И очень мощное.
Ставр кивнул и, не теряя времени, начал обыскивать фокусника. Он вывернул его карманы, снял плащ и вытряхнул маэстро из расшитого блестками пиджака, а затем, не церемонясь, снял с него и ботинки, да так, что тот упал на пол. Из потайных карманов Ставр достал множество волшебных вещиц — карты, которые сами перемешивались и выстраивались в сложные узоры, монетки, которые исчезали и появлялись в самых неожиданных местах, и даже маленькую птичку, которая вылетела из рукава и начала кружить вокруг нас, распевая мелодичную песенку.
— Это всё трюковые игрушки, — сказал Ставр, бросая вещицы на пол. — Ничего серьёзного.
Но когда он добрался до шляпы-цилиндра, фокусник вдруг оживился. Он схватился за неё обеими руками, пытаясь вырвать её у Ставра.
— Нет! Это моя шляпа! — закричал он. — Вы не можете её взять!
— Олег, держи его, — сказал Ставр, отталкивая фокусника в сторону. Я схватил маэстро Иллюзио за руки, не давая ему помешать приятелю.
Мой друг внимательно осмотрел цилиндр, переворачивая его в руках. Его глаза загорелись интересом.
— Это то самое, — сказал он, осторожно передавая цилиндр мне. — Артефакт. Очень мощный. Я такого никогда не видел.
Я взял цилиндр в руки и почувствовал, как магия внутри него пульсирует, словно живая. Она была странной, чужеродной, такой я ещё не встречал. Попробовал просканировать убор, втащив его в зеркало, но тщетно. Вещь была слишком сложной и отказывалась распадаться на составные части. Она была похожа даже не на предмет или живое существо, а нечто большее. Похожие чувства я испытывал, когда изучал потоки силы в мирах по ту сторону. Шляпа была целой самостоятельной реальностью, пусть и крошечной.
Я вынырнул и покрутил цилиндр в руках. Сунул руку в него и выругался. Дна не было. Я засунул её в него сначала по локоть, затем по плечо. Рука уходила в пустоту.
— Осторожнее, — невесело усмехнулся Ставр, — Не хватало ещё…
Он тут же замолчал и выругался. Мастер оружейник тоже начинал понимать, как работает эта сумасшедшая магия.
Я вытащил руку из цилиндра. Следом за ней из него выскочило несколько разноцветных лягушек и шлёпнулись на пол.
— Как заткнуть этот горшочек? — спросил я фокусника.
Тот замотал головой.
— Я не знаю. Всё происходит само собой. Я просто думаю об этом — и оно появляется.
— Это понятно, — кивнул я, — Но почему появляется то, о чём думают другие.