— Братья! — прокричал толстяк в шляпе с крыши микроавтобуса, — Вчера враги нашего дома нанесли по нам очень тяжелый удар, похитив одного из сыновей князя — нашего горячо любимого Ставра. Его держат здесь, на этом складе, — он указал топором в сторону лаборатории, — Наши враги думаю, что могут заставить нас подчиниться своей воле — могут заставить нас отступить, заняв наше место среди Верхних Семей!
Толпа вооруженных щеголей неодобрительно загудела. Толстяк развернулся в сторону здания, обращая к тем, кто там находился.
— Сегодня мы отправимся в логово нашего врага и вырвем из его когтистых лап нашего старшего брата. Мы суровы, но благородны — те, кто сложит оружие и покинет здание — останется жив. Но лучше будет, если вы прямо сейчас выдадите нам Ставра — тогда мы просто уйдём и оставим вас в покое. С той стороны никто не отвечал. Массивные створки ворот лаборатории были заперты, за высокими окнами виднелись силуэты людей с оружием.
По всему выходило, что Шуйские справятся здесь и без меня.
От всех этих прыжков и беготни у меня здорово разболелась голова. Мне нужно было выспаться — но так, чтобы не потерять ни минуты времени. Вариант был всего один. Я шагнул в комнату Лизы.
Девушка всё ещё лежала в постели, прицепленная шлангами к машинам жизнеобеспечения.
— Идёшь на поправку?
— Тебя не было три минуты, — ответила девушка.
— Прости, всё время забываю, что время здесь идёт по-другому. Вернее — не идёт вообще.
Интересно, подумал я, что будет, если прыгнуть сюда на пару минут в будущее? Запись во внутреннем дневнике: попробовать это, когда будет заняться нечем.
Я положил корзину со свежими фруктами на столик перед кроватью.
— Купил на новопетербуржском рынке. Названия половины этих плодов я даже не знаю, но продавцы уверяли, что они сладкие и свежие. С сельским хозяйством у них всё в полном порядке, магия помогает — а вот технологии не особо впечатляют. Тут нужно будет мне поработать с ними. Представляешь, у них даже нет магических двигателей!
— Магических двигателей нет нигде, — ответила Лиза.
— Почему?
— Потому же, почему не существует зелий маны. Я имею в виду — никто его не производит. Чтобы получить магический порошок, нужно переработать человека, наделенного магией. Ну или животное. А и тех и других по всем мирам не так много водится.
— Под перерабатыванием ты подразумеваешь…
— Перемалывание. Слушай, мы уже говорили об этом — неужели забыл. Чтобы получить из ниоткуда ману или выучить новое заклинание — нужно носителя магии или заклинания съесть?
— Ты за этим Андрею ту зверушку скормила?
— Ага, — она кивнула, — Изначальным планом было скормить её тебе — но ты меня бросил.
— Прости, я ценю свободу, — ответил я.
Съесть, значит? Также как я съел того медведя в тайге? Жуть какая. Впрочем, с помощью Пустоты я научился воспроизводить процесс без пожирания врагов и, в общем-то, без нанесения им непоправимого вреда — я копировал их. Это сработало с мастером цепей, гигантским древнем и даже той огромной псиной.
— Так зачем ты явился на этот раз? — спросила Лиза.
— Просто поспать пару часов, — честно ответил я, — Там хрен знает что творится. Знатные семьи устроили грызню из-за того, что одна из них придумала зелье для усиления огнестрельного оружия, а другая…
— Ерунда какая-то, — захихикала Лиза, — Как по-твоему зелье может улучшить пистолет?
Я об этом отчего-то не задумывался. Магия стала настолько привычной, что я начал считать её всемогущей.
— Не знаю, — вслух проговорил я, — Улучшает свойства материалов?
— Олежа, у тебя есть высшее образование? — вздохнула Лиза, — Ну как изменение металла ствола может повлиять на дальность и точность выстрела?
— Никак, — ответил я, — Ну то есть, как-то оно конечно повлияет, но совсем незначительно… Чёрт. Что ж мне тогда комиссар наплёл?
— Принеси мне это зелье — если будет время, — сказала Лиза, — Посмотрим, что оно на самом деле делает.
— Ага…
Мне в голову внезапно влезла одна нехорошая мысль. Я раскрыл портал и опрометью бросился назад. В створе я остановился и глянул на девушку.
— Слушай — последний вопрос для ясности. Это не ты пыталась убить тамошнего мэра?
Девушка громко и от души рассмеялась. И тут же скривилась от боли в переломанных костях.