Он остановил коня: когда это должно случиться? Через несколько недель? Или дней? Рубенс точно не помнил. Это и не важно – правильно было бы отвлечься и перестать думать о Сусанне, потому что это слишком глупо. Кстати, надо сказать Изабелле, чтобы купила у аптекаря душистой воды, говорят, ароматические составы полезны для здоровья, защищают от эпидемий. Еще они хороши для освежения супружеских чувств, не только ведь куртизанки могут ими обливаться…
Глупости, он вовсе не хотел снова встретить на Лунных холмах Сусанну! Просто придумывал, как лучше привести рассудок в норму, и верное решение таково: он поедет в Париж как можно скорее, надо завтра же попросить паспорт у бургомистра, нет, лучше сегодня!
Рубенс не привык откладывать дела.
В Париже он встретится и с казначеем Марии Медичи, надо поторопиться: Фабри де Пейреск написал, что король уже выделил матери деньги на украшение Люксембургского дворца, надо суметь получить свою долю, пока они снова не рассорились. Заодно показать королеве-матери несколько готовых эскизов, чтобы не рисковать, не работать напрасно. Кстати, к Пейреску есть важный разговор – о коллекции Карлтона. Надо продолжить распечатывать и систематизировать коллекцию, полученную из Гааги, а Пейреск может посоветовать: как лучше расставить их, в каком порядке расставить, чтобы эти чудесные вещи привнесли еще большую гармонию в его жизнь.
Когда он вернулся с прогулки в город, на улицах было многолюдно, одни возвращались с мессы, другие шли с рынка. Неподалеку от дома Рубенс встретил Изабеллу с детьми и семейство Фоурмент: отец Даниэль, сын Даниэль-младший, свояк Изабеллы с семьей, младшие дети, трое или четверо. И Сусанна под руку с женихом. Румяная, в богатом платье, она первая заметила Рубенса и даже побежала ему навстречу. За ней бросилась его дочка Клара. Сусанна споткнулась на бегу, чуть не упала и, смеясь, протянула девочке руку – они вместе встретили его. Взрослые, в том числе жених, Дель Монте, стояли и улыбались, любуясь девочками. Рубенс посадил дочь перед собой в седло, а Сусанна пошла рядом, будто вела его коня за стремя. Жених следил за ней влюбленными глазами – Рубенс заметил это и вдруг подумал, что жизнь проходит, он все же постарел…
– Скоро и ваша Клара станет невестой, – радушно приветствовал его Фоурмент-старший. – Будете ждать внуков, дорогой мэтр, и радоваться им, как лучшему дару жизни.
«Говорил бы только о себе!» – подумал Рубенс раздраженно, кисло улыбнулся в ответ и ускакал с дочерью домой, сославшись на неотложные дела.
На следующее утро Сусанна пришла раньше назначенного времени, вела себя скромно и выглядела притихшей. Рубенс чувствовал, что его мнимая лихорадка влюбленности полностью прошла. Наверное, думал он уже спокойно, вспышки страсти в организме накапливаются и время от времени беспокоят мужчину, здорового и слишком давно женатого. В Париже, решил он, можно будет позволить себе общение со свежей, но проверенной девушкой. От такого решения Рубенс пришел в хорошее расположение духа, работал быстро, не задумываясь о модели, и ему удалось за утро сделать подмалевок на холсте: набросать композицию портрета и наметить, уже красками, овал лица, расставить цветовые акценты.
– Позировать больше не надо, Сусанна, – сказал он. – Закончу моделло без тебя, и, возможно, к свадьбе… Когда она, кстати?
– Через две недели, разве Изабелла вам не напоминала? Вы будете самыми почетными гостями.
Рубенс не любил свадьбы, впрочем, как и другие семейные праздники. А эта свадьба почти не имеет отношения к его семье! Так что он не собирается тратить свое время. Как бы он мог достичь столь многого, если бы ходил везде, куда приглашают?..
– В это время я буду в Париже. Мария Медичи просит приехать, да и молодой король Луи собрался заказать мне эскизы гобеленов.
– О… – расстроилась Сусанна, но тут же протянула восхищенно: – Конечно, вас ждет королева и даже король Франции, а тут мы, обычные люди. Я понимаю. Вы – Мэтр.
– Разумеется, – подтвердил он с холодной улыбкой, – монархи нуждаются во мне. Прощай, неизвестно, когда теперь увидимся… может, и никогда. Желаю тебе и твоему жениху… как его?
– Раймонд дель Монте, – прошелестела Сусанна еле слышно.
– Всего наилучшего.
Рубенс встал, показывая, что сеанс окончен, а его время дорого.
На лице Сусанны ничего не отразилось, она смотрела расширенными зрачками куда-то в сторону. Вдруг глаза ее закатились, голова запрокинулась, и она начала медленно оседать, неестественно задрав плечо.
Рубенс бросился к ней.
– Изабелла! Изабелла! – кричал он, как ему казалось, на весь дом, но получалось почти шепотом. – Скорее сюда! Уксус дай, что ли!