«Но вечером я должна увезти его домой, – в тревоге подумала женщина. – И я так и сделаю. Но… Что случилось с Татьяной?»
– Сюда, – заявила Оля, сворачивая в какой-то двор. Остановившись у оштукатуренного трехэтажного здания старой постройки, она указала на подъезд. – Я сама пойду.
– Ну нет, – возмутилась Лариса. – Куда это ты пойдешь одна?
– А я…
– Прекрати! – Елена Юрьевна властно взяла девочку за руку. – Я иду с тобой. – И, обернувшись, добавила: – Надо еще выяснить, что там за тетя! Выдумает тоже!
Они отсутствовали минут двадцать. За это время Наташа успела передохнуть на лавочке, а Лариса – выкурить три сигареты подряд. Она очень нервничала, то и дело порывалась заговорить, но так и не произнесла ни слова.
Женщины встрепенулись – из подъезда четким военным шагом вышла Елена Юрьевна.
– Ну, что там? – Бросилась к ней «кандидат физических наук».
– Нормально, – процедила та и махнула рукой: – Наташка, вставай. Хватит прохлаждаться.
– Это и в самом деле ее тетя?
Последовал кивок, и Лариса внезапно умилилась:
– Какая умная девочка! Она бы и без нас нашла дорогу!
– Да уж, – мгногозначительно заметила Елена Юрьевна и больше не произнесла ни слова.
Наташа рассталась с нею по дороге на станцию. У нее не было с собой вещей и потому не нужно было возвращаться в дом. Документы, собранные за день, Елена Юрьевна забрала с собой, пообещав, что в самые ближайшие дни все подготовит окончательно. Но вид у нее был ошеломленный, голос звучал неуверенно, и Наташа забеспокоилась о ее здоровье.
– Какое там здоровье, – мрачно проронила та. – Не до жиру, быть бы живу. Ладно, я тебе позвоню, как только все будет готово.
– И обязательно звоните, если узнаете новости о Татьяне… – попросила Наташа, перехватывая спящего сына другой рукой.
– Да и мне тоже скажите, – попросила Лариса, робко отиравшаяся рядом. Она как будто чувствовала, что не имеет полного права находиться рядом с женщинами, блюдущими семейные обязанности, не употребляющими алкоголя и всеми уважаемыми. Но оторваться от них все-таки не могла.
– Скажу, – Елена Юрьевна развернулась и пошла в обратную сторону.
Лариса вздохнула:
– И я пойду. Кто бы мог подумать…
– А ведь у вас это не в первый раз, – вырвалось у Наташи. – В начале мая уже было нечто подобное…
Но ее собеседница ничего не поняла и пропустила слова мимо ушей. Наташа прибавила шагу, крепче прижимая к себе сына. Она негодовала на свою болтливость: «Девочки просили никому ничего не говорить, а я… Но если это и впрямь тот самый тип, который напал на Инну? Место то же самое…»
Через полтора часа она уже была дома. Павел только что вернулся и окинул жену довольным взглядом. Он перехватил сына и понес его укладывать.
– Мальчик устал? – спросил муж, возвращаясь на кухню. И осекся – Наташа сидела, уронив голову на сложенные руки, и ее плечи чуть заметно подрагивали. – Что случилось? – он присел рядом. – Ташка? Ташка, ты так устала?
– Нет, – она подняла бледное застывшее лицо. – Но я хочу тебе кое-что сказать. О Татьяне…
Пугающая новость не произвела на Павла никакого впечатления. Что было неудивительно – ведь он никогда в жизни не встречался с библиотекаршей и ее смерть была для него смертью совершенно постороннего человека.
Слухи разошлись немедленно. Уже к вечеру того же дня можно было услышать несколько совершенно различных версий случившегося. Кто-то говорил, что Татьяну убили и ограбили. В это верили мало – у библиотекарши нечего было взять. Шепотом твердили, что женщину изнасиловали, но денег из сумки не взяли. Этому верили и возмущались, жалея осиротевшую Олю.
Но куда большую популярность завоевал третий слух, которому верили все. Обсуждали, качали головами, хмурились и строили невероятные догадки. Каким-то образом стало известно о ночном происшествии в доме на горе, о загадочном появлении там библиотекарши, о ее странном поведении, даже о мобильном телефоне, бог весть как у нее очутившемся. Словом, знали все в деталях и делали выводы – Татьяна была не так проста, как казалась. Что это она там делала? Как ее угораздило попасть в дом к Наташе, раз та уехала в Москву? И правду ли она еще сказала, что случайно шла мимо?
Ночной случай обрастал догадками, которые вовсе не делали чести покойной. Татьяна, дескать, и сама приложила руку к ограблению. Что в точности украли – никто не знал, но все сходились на том, что ограбление все-таки было совершено, иначе зачем разорять дом среди ночи? Твердили, что Татьяна была там не одна, с сообщниками, просто те успели скрыться до прихода соседей, а она – нет. Что же было потом? Может быть, воры поссорились, чего-то не поделили и убили Татьяну, как лишнего свидетеля?