— Шульц заказал вам Анну? Повезло же вам! Её могут позволить себе только богачи... — кто-то подрезал его на дороге, и он потерял нить разговора.
Шофёр был совсем молодой, но судя по плавному вождению, весьма опытный. Лицо подростка и недлинные тёмные волосы, выглядывающие из-под тёмно-синего берета
Остальную часть дороги они не разговаривали. Он отметил красоту бесконечных полей и дальних лесов, когда те проезжали по широкой сельской дороге.
— Эти поля ведь можно засеять, почему они пусты? — возмутился Николай.
— Рядом с тем местом, куда мы едем, стоит крепость, и они часто тестируют оружие, что привезли из столицы, часто проводят обучения на этих полях и в этих лесах.
Николай вновь оглянул серые поля и уставился в ту же книгу, что начал читать вчера по приезду. “Династия Похоти” — название, написанное на обложке. Имя автора была стёрто. Шофёру сразу же показалась эта обложка знакомой, ведь он знатный фанат вульгарной литературы, хоть и похож на раба режима. Возможно у него были величественные планы на жизнь в детстве, но в любом случае, их бы сломала революция и последующий режим, пришедший на смену обманчивой демократии. Темнизм.
— Скажите, Герр Кастильский, вы ведь Русский? — неуверенно спросил он.
— На половину, а вы? Заметил в вас скандинавские черты, — отметил Николай.
— О, я Поляк, Герр Кастильский…
— Может обращаться просто, по имени — Николай.
— Как скажете, Герр… Николай. Как вас вообще сюда занесло?
— Я хорошо послужил стране, я творил такие вещи, что и Сатане не снилось. Думаю, я заслужил покоя и работы в дали от всей столичной суеты и войн.
Внезапно машину подпрыгнула и замерла.
— Курва мать! Мотор, походу, сдох! — выругался он, выходя из машины и ахнув: — так ещё и в яме застряли с проколотой шиной!
— До деревни далеко?
— Ну нет, видите там озерцо с кольцом из сосен? И поворот за озеро, там будет знак и по нему… ай… я всё равно с вами пойду.
— А за машину не боишься?
— Да кому эта рухлять нужна? Объехать надо будет — объедет! Пойдёмте, Николай.
С одной стороны дороги простилались серые поля, которым не было конца, а с другой была низина в углу которого находилось небольшое, окружённое соснами, озерцо. Дорога, возвышенно, уходило за то озеро, где прорезала лесополосу и уже выходила к деревне.
Шофёр шёл впереди, и Николай всегда отставал о от него на десяток метров. Он любовался бледнокожей девушкой, выжимающая свои рыжие волосы на берегу озерца. Николаю она показалась очень красивой. И пусть свинцовое небо придавало бледные и серые цвета этому миру, она же пылала красками. Она обернулась через плечо и пронзила его своим изумительно злостным взглядом. Он отвернулся, будто её не увидел, однако, запомнил черты её лица, зелёные глаза и поразительный румянец на бледной коже.
К обеду они наконец-таки подошли к деревне. Её окружала неглубокая низина и нескончаемые поля, которые на половину были засеяны пшеном и кукурузой. Поля упирались в дальние леса, за которыми виднелись Румынские горы. У входа, под забором дома, отряд солдат убивал время, чередуя шахматы и карты. Завидев незнакомцев, они посчитали своим воинским долгом пристать к Николаю и Шофёру (Марку).
— Хто таки? — крикнул их капитан. Здоровый такой боров с густой чёрной бородой.
Вместо тысячи слов, Николай резко достал из внутреннего кармана шинели паспорт и показал его.
— Оу! Хлопец, та ти каратель! Вибачи тоди! Ста… — невнятно вымолвил капитан.
— …Староста ждёт, Герр Николай… — закончил его солдат, отдав паспорт.
— Витя проводи, а то как истукан! — выдал капитан, уходя обратно под забор.
— Как прикажите, — бросил он, провожая капитана взглядом, а потом повернулся и робко сказал: — пройдёмте…
Большая часть домов в деревне были деревянные и каменные дома можно было посчитать на пальцах. Их было всего пять, если судить по карте, стоящей в центре деревни. На западе была кузница. На востоке что-то типа местного рынка, где часто правили цыгане. На севере был выход из деревни, ведущий прямо к крепости. На западе, кроме старого и темного дома, уникального ничего не было. Все эти важные точки виднелись из центра деревни. Возможно среди улиц есть ещё что-то интересное, но Николая это особо не волновало — он думал лишь о том, как бы сейчас прилечь на мягкую деревенскую кровать и согреться у теплой печки.
Дом старосты был каменным и был таким же маленьким, как и все другие. Каратель сразу вспомнил давно угасшее равноправие. Из кривого железного дымохода так и исходил столб дыма, сравниваясь с кучей других столбов черного тумана.