— Это я величество?! Да это ты слишком капризная! Подумаешь, спрыгнули вниз. Да я уже так делал или ты забыла? Почему-то тогда ты так не реагировала. Что ж раз уж для тебя это так важно я приму к сведению и в следующий раз спрошу: «Не угодно ли вам закрыть ваши очи? Сейчас мы будем прыгать», ты это хотела услышать?
— В тот раз я и так была напугана до чёртиков тем, что меня чуть не съели. Да хотя бы так, мог бы сказать. Всяко лучше, чем сразу же сигать вниз. — Я смотрела на чуть разозлившегося вампира и думала, насколько же его хватит? Тут я, конечно, погорячилась кричать на него. Может и убить ненароком. Подумает, что я слишком упёртая и ну его это зеркало. Надо набраться терпения. Закрыв глаза, я глубоко вздохнула, и так же выдохнула. Стало легче. — Давай на этом закончим?
— Да, продолжим путь. Теперь ты готова идти? — В глазах вампира всё ещё читался огонёк раздражённости, но особо виду он уже не подавал. Вот это нервы. Своего бывшего, таким наездом, я бы уже довела до истерики ещё в первый день нашего знакомства.
— Мне уже лучше, можем идти дальше. Поможешь мне встать? — Вампир ничего не ответил, но протянутую мной руку, всё-таки взял. Без особых усилий он поднял меня с колен. Его лицо было до сих пор слегка хмурым. И без того тёмные глаза стали ещё темнее от нахмуренных бровей. От этих глаз меня отвлекла его рука. Тёплая. Это довольно необычно. Не сдержавшись, я решила спросить. — Спасибо. Дин, почему твоя кожа тёплая? Разве вампиры не холодные?
— Боже. Ты всегда такая надоедливая? — Вампир ущипнул двумя пальцами кожу между бровями и прикрыл на секунду глаза.
— Прости, ну что тебе стоит? Я, знаешь ли, никогда с такими как ты не общалась.
— Да, наша кожа действительно излучает тёпло, как и у людей. После обращения наши обменные процессы не останавливаются, и пища продолжает превращаться в энергию. Но наш обмен веществ идёт немного иначе. Большую часть наших потребностей поддерживает кровь, но мы можем, есть и другие продукты. Они не приносят нам никакой пользы или вреда, мы лишь можем ощущать её вкус. Это помогает нам не выделяться среди людей, а особо сентиментальные вампиры могут вспомнить радости «прошлой» жизни.
— То есть, вы по сути всё ещё живы?
— Можно сказать и так. После обращения наш организм не иссыхает. Мы так же можем истекать кровью, но в отличие от людей наши повреждения заживают очень быстро.
— Очень быстро это насколько? — Я всё не успокаивалась. Мне была интересна каждая деталь. Неужели всё так, как в фильмах?
Вампир не ответил, а лишь вынул небольшой охотничий нож, находившийся в футляре на его поясе, и провёл линию на руке, надавив на лезвие. На белоснежной коже выступила алая кровь. Капли красной жидкости стекали по ладони и капали на землю. Из нагрудного кармана Дин достал небольшой платок из тёмной ткани и провёл им по руке, вытерев кровь, а затем показал мне свою раскрытую ладонь. На ней не было и следа пореза. Хотя он был довольно глубоким. Я бы с такой раной ходила не меньше недели, а след исчез бы примерно через месяц.
— Ничего себе! — Сказала я, схватившись обеими руками за его запястье, и потянула ближе, чтобы рассмотреть. — И, правда, ни царапины!
— Как видишь, действительно быстро. — Ответил он, складывая платок и убирая на место его и нож.
Мельком взглянув на свои ссадины, я на мгновенье позавидовала его способности быстро исцеляться. Боль – это самое неприятное в ранениях. Но иногда её нужно чувствовать, чтобы понять, что ты достиг верха своих возможностей и вот-вот сломаешься. К тому же заживают только телесные раны. Душевные же, быстро не заживают. Мне кажется, даже бессмертный вампир на это не способен.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов