Выбрать главу

— Когда погибли мои родители, мы вместе переживали горе. Можешь думать о Нэнси все, что хочешь, но она честная, порядочная женщина, правда, сейчас воспринимает жизнь мрачно, однако…

— Она делает жизнь мрачной, — словно про себя уточнила Агата. — И ты уверен, что поступаешь с ней честно? — спросила она.

— Ты постоянно заводишь разговор о Нэнси. — В голосе Стенли появились резкие нотки. — Он отодвинулся от девушки на край кровати. — Нэнси становится для тебя прямо-таки наваждением!

— Наваждением? — возмутилась Агата. Она немного помолчала, чтобы успокоиться. — Почему ты не хочешь ответить, так ли ты прямолинеен и честен с Нэнси, как со мной? — настойчиво спросила девушка. — Ведь ей наверняка известно, что происходит между нами. Я успела заметить…

— Что ты успела заметить?! — сверкнул глазами Форд. — Агата… — Он вздохнул, пытаясь сдержать раздражение. — Я с самого начала предупреждал тебя, чтобы ты не задавала лишних вопросов и не совала нос в мою жизнь, — холодно напомнил Стенли. — Это условие остается в силе. Понятно? — Девушка почувствовала, как под его проницательным взглядом у нее задрожала нижняя губа. Агата потупилась. Форд, протянув руку, поднял ее подбородок, заставляя посмотреть в глаза. — Понятно?

Она кивнула.

— Так ты принимаешь мои условия? Если передумала, тогда… — Стенли не закончил фразу, но у девушки не осталось сомнения в том, что произойдет, если она возразит.

Силы покинули Агату. Да, Форд, несомненно, сильная личность, он все решает самостоятельно и не желает, чтобы она вникала в его проблемы. Почему? Неужели Стенли привлекают только власть и богатство?

— Агата! — с болезненной напряженностью произнес Форд. Она подняла лицо, скрывая навернувшиеся слезы. Девушка отчаянно любила его. Интересно, что изменится, если признаться ему в этом? — подумала она. — Пойми, когда я с тобой, я забываю о прошлом. И перестань волноваться из-за воображаемых страхов. Я сразу пояснил, что не собираюсь обманывать тебя или ходить вокруг да около.

Я не лгал тогда и не лгу сейчас. — Он тяжело вздохнул. — Мы занимаемся любовью, нам обоим приятно, неужели этого мало?

10

— Я приготовлю завтрак. — Спрыгнув с постели, Агата взяла махровый халат, висевший на спинке стула. — Что ты предпочитаешь?

Стен пожал плечами.

— Я непривередлив.

Услышав его признание, девушка покачала головой. Неужели Форд шутит? Она на секунду отвела взгляд, а когда снова посмотрела на него, не смогла понять странного выражения, появившегося на лице Стенли. Что это? Сожаление? Желание, чтобы все пошло по-другому? Или просто равнодушие?

Стен замкнулся, поняла Агата.

Конечно, Форд никогда душой не принадлежал ей. Зачем преувеличивать свои возможности? Агата вообразила, что ее чувств хватит для обоих. Однако она явно переоценила свои способности, пытаясь добраться до сокровенных мыслей Стенли и распознать его суть. Увы, Стенли оставался недоступным ее пониманию.

Девушка медленно спускалась по ступенькам, стараясь не думать о будущем. Как бы то ни было, но сейчас Стенли со мной, утешала она себя. У нас еще несколько часов. Я не задам ни одного вопроса. И постараюсь не нарушить шаткое перемирие…

Агата открыла холодильник, достала яйца, ветчину, свежий сок. Пока ветчина поджаривалась на сковородке, она приготовила подносы и направилась в гостиную, чтобы немного прибраться.

Одежда валялась там, где они ее сбросили, — перед камином, который давно остыл. Агата медленно собирала вещи, аккуратно складывала их, с внутренней дрожью вспоминая каждое прикосновение Стена, каждое мгновение взаимной страсти. Вдруг со спинки стула свалился пиджак. Она подняла его, слегка встряхнув, и прижала к себе.

Неожиданно Агата задела что-то ногой. И прежде чем предмет выскользнул и оказался под креслом, девушка успела заметить, что это бумажник. Она подняла его, повертела в руках, провела пальцем по выгравированным золотом инициалам Форда и тут увидела глянцевую полоску бумаги, которая выглядывала из плотного кожаного отделения.

Фотография. Семейная? Или Стенли?

Агата растерялась. Как быть? Совершит ли она преступление, если взглянет на снимок? Один разочек. Стенли никогда не узнает, да и бумажник мог нечаянно упасть и раскрыться…

Между тем ветчина злобно шипела, настоятельно требуя внимания. Как всегда, Агата оставила слишком сильный огонь. Не выпуская бумажника из рук, она бросилась на кухню и сняла сковородку.

Так посмотреть или нет? Искушение не оставляло Агату. Видимо, фотография имела большое значение для Форда, а иначе он не стал бы носить ее с собой. Значит, на снимке его семья?..