Выбрать главу

Наступило время тихого часа и всех посетителей попросили покинуть палату. Оставшись довольным событиями прошедшего дня, Андрей возвращался домой вдохновленным: внутри него зародилась надежда, что все получится. Даже несмотря на то, что дни Петра Ивановича были сочтены, и молодой человек прекрасно знал об этом, тем не менее, он надеялся, что его отцу хватит времени и он сможет вложить в сына все необходимое, что даст возможность управлять кампанией без посторонней помощи.

…Войдя в дом, Андрей застал жену, играющую с дочкой, она тоже казалась счастливой и безмятежной. Увидев друг друга, они бросились в объятия и принялись делиться впечатлениями о насыщенном дне.

Настя рассказала о беседе с заведующей садика, которая показалась ей очень хорошей и доброй женщиной, и что уже со следующей недели она сможет приступать к своим обязанностям. График работы ей отводился сменный, и они с подружкой будут чередоваться два дня через два.

– Два выходных дня, которые у меня будут, мы сможем проводить вместе, – продолжила Настя.

– Да, наверное, это очень удобно! – согласился Андрей.

Он поделился впечатлениями о поездке к отцу, о его здоровье, о том, что ему стало гораздо лучше. Он не стал посвящать Настю в рабочие моменты, зная, что ей это будет неинтересно, ведь она в этом ничего не смыслит. Так, делясь приятными впечатлениями на протяжении всего вечера, каждый из них все-таки осознавал, что, несмотря на внешнюю идиллию, они были счастливы в одиночку. Супруги очень старались не подавать вида, что интереса к разговорам нет. Лицемерие становилось для них привычным: было удобно создавать видимость идиллии.

…Михаила Борисовича, который так же, как и Андрей, вернулся из поездки домой, даже внешне при всем желании нельзя было назвать удовлетворенным и счастливым. Он был задумчив и озадачен. Войдя в прихожую, он швырнул в сторону портфель, резко скинул с себя верхнюю одежду и, пройдя в рабочий кабинет, захлопнул за собой дверь.

Марина Ивановна, заслышав шум, выбежала из кухни и спросила:

– Дорогой, что случилось?

Михаил Борисович проигнорировал вопрос жены и продолжил молча раздеваться, сидя на кушетке. Супруга, сев рядом, посмотрела на него внимательно.

– У нас начались какие-то проблемы?

– Начались! – ехидно ухмыльнулся Михаил Борисович. – Если хочешь знать, они у нас и не заканчивались. – На вопросительный взгляд супруги, он добавил: – Они будут всегда, пока будет существовать этот поганый род Немчиновых. Никогда не привыкну к тому, что я всегда лишь второй номер.

– Но это только формальность! – пытаясь успокоить мужа, произнесла Марина Ивановна. – Ты ведь сам мне недавно говорил: как только не станет Петра, ты при помощи твоих немецких коллег сможешь прибрать его бизнес к рукам.

– Да, я тоже думал, что скоро наступит конец его эпохе, но сегодня убедился в обратном. Представляешь, ему стало лучше, он даже гуляет по палате. Хуже того, он забрал бумаги, которые предназначались мне, я уже держал их в руках, Андрей сам мне их отдал, чтобы я помог ему разобраться в них.

– А это плохо? – не поняла Марина Ивановна.

– Ничего хорошего! Единственное, на что я надеюсь – у него не хватит сил просмотреть весь материал. В противном случае я погиб, ведь я уже проинформировал немцев о благополучном исходе и об открытии новых перспектив для их компании.

– Да, здесь ты поспешил! А с другой стороны, ты же сам хлопотал о лучшей клинике для своего друга, что же ты теперь жалуешься?

– Да, но мне в тот момент казалось, что дела уже непоправимы и хотелось выглядеть достойно в глазах его сына. Мне же все-таки с ним работать. Потом у меня и в мыслях не было, что Петр в больнице сможет вести какие-то дела.

– А почему бы тебе сразу не поговорить с молодым Немчиновым о перспективах, которые появятся при сотрудничестве с иностранцами?

– Ты с ума сошла! – крикнул Михаил Борисович. – Он тут же обо всем расскажет своему папаше. Смотри, не вздумай где-нибудь проговориться, иначе мы пропали!

– Да ладно-ладно! Это вообще не мое дело, решайте сами, – произнесла Марина Ивановна и оставила мужа одного.

Михаил Борисович замер и сидел, уперев взор в одну точку. Потом все-таки заставил себя встать, подошел к бару, достал стакан и бутылку коньяка, налил и махом осушил его.

…Утро первого рабочего дня Настя встретила с очень хорошим настроением. Проводив мужа в офис, она собрала дочку, оделась, и они вдвоем поспешили в детский сад.

На стажировку Насте отводилось две недели, в качестве куратора к ней был приставлен второй воспитатель, который в процессе рабочего дня должен был ей объяснять и показывать все, что необходимо знать при выполнении обязанностей нянечки.