– Как прошел день?
– Как обычно, ничего нового, если ты имеешь ввиду работу. Сегодня звонил в клинику к отцу, – Андрей сделал паузу, пытаясь сконцентрировать внимание жены на сказанном.
– И что сказали, когда можно будет к нему? – мгновенно отреагировала Настя.
– В субботу во второй половине дня!
– А сегодня какой день недели? – спросила девушка. – Что-то я совсем потерялась во времени.
– Насколько я помню, с утра был четверг.
– Значит послезавтра.
– Да. Послезавтра! – произнес Андрей, закуривая другую сигарету.
XIV.
…Еще во времена своей активной деятельности, Петр Иванович разработал систему дотаций и финансового стимулирования работников, которые каким-либо образом проявляли себя в труде, на благо компании. Со временем эта система разрослась до огромных масштабов. Ею заинтересовались многие руководители кооперационных предприятий, входивших в «империю Немчиновых». Даже сам Михаил Борисович ходатайствовал об увеличении финансовых поступлений. Таким образом, появился «фонд Немчиновых», которым могли пользоваться все приближенные к этой семье.
Но система распределения денег в фонде была построена своеобразно: каждый мог снять только то количество, которое ему отводилось по системе распределения. Максимальными суммами могли распоряжаться лишь руководители и учредители, а так же – члены их семей. Изначально наполняемость фонда происходила естественным путем: за счет низкой себестоимости продукции и высоких цен на рынке на нее. В дальнейшем Михаил Борисович придумал целую систему махинаций, которые внешне выглядели очень даже достойно, но по существу являлись аферой.
Таким образом, теневой капитал в больших масштабах начал оседать на финансовых счетах компании. Петр Иванович знал об этом, но предпочитал довериться старому другу, тем более, что наполнение фонда пошло семимильными шагами. Разговоры на тему финансовой копилки Немчиновых, никогда не были табу и периодически обсуждались, иногда даже с особыми подробностями и озвучиванием тех или иных затрат, со стороны той или иной личности. Любые поездки учредителей и их семей, лечение в элитных медицинских учреждениях, плата за обучение будущих наследников, все это покрывалось за счет фонда.
У каждого члена семей, имеющих доступ к финансам, имелись специальные карты со счетами, на которых оседала та сумма, которая им полагалась. Но сумма была лимитированная и ее расход должен быть официально подтвержден. Если финансовые затраты имели не целевой характер, то все нюансы оговаривались на семейном совете. Если же причина более серьезная, например, такая как, болезнь Петра Ивановича, то соответствующие медицинские документы, являлись официальным подтверждением. Так, Настя периодически пользовалась карточкой мужа, тех денег, которые ей были положены, не хватило даже на оплату родов. Ей была в диковинку такая система распределения финансов, и она никак не могла к этому привыкнуть.
Однажды за разговором со своей подругой Людкой Настя проговорилась о существовании подобной финансовой пирамиды в их семье. Это было как раз на следующий день после того, как их с сыном выписали из роддома, и она осталась одна в большом особняке. Андрей с утра, как обычно, уехал на работу, а Настя с его разрешения пригласила подругу вместе с дочкой к себе в гости. Та, сгорая от любопытства увидеть богатый дом, даже решила прогулять работу.
Рано утром едва Андрей переступил порог дома и сел в автомобиль, Людка уже была около калитки, не зная, как попасть внутрь. На телефонные звонки Настя почему-то не отвечала, и она уже начала нервничать. На помощь пришла ее маленькая дочка, которая бегала вдоль подъездной дорожки. Малышку привлекло что-то блестящее, похожее на ручку, и она слегка тронула ее, а потом и вовсе повисла, и дверь потихоньку начала открываться.
По-видимому, Андрей, уходя, забыл ее запереть. Людмила увидела возможность войти и оказалась во дворе. Вдоль выложенной плиткой тропинки, на маленьких столбиках-фонарях еще горел свет. «Вот как богатые живут! Даже свет не экономят», – подумала девушка, и они вместе с дочкой быстро прошли от калитки до двери дома.
– Странно! – произнесла Людмила, глядя на звонок возле двери. – Здесь звонок есть, а на калитке почему-то нет.
Настя еще спала. Она и забыла о том, что подруга планировала утром навестить ее. Но так как под утро у большинства людей сон становится чутким, девушка встрепенулась сразу же после первого звонка, отозвавшегося веселой трелью во всех уголках дома.