– А твой муж не будет против моего присутствия? – как бы между прочим произнесла женщина.
– Его сейчас нет, он улетел в командировку со своими зарубежными коллегами, – пояснила Настя.
– Тогда решено, остаюсь! –немного повеселев, произнесла Марина Ивановна. – Нет ли у тебя чего-нибудь выпить?
– А ты уверена, что тебе это не повредит, ведь ты, по-моему, уже…– не закончив фразу, Настя решила не обижать мать и переспросила: – Что ты предпочитаешь?
– А что у вас есть? – тут же отреагировала женщина.
– Водка, вино, коньяк?
– Давай коньяк, я с него сегодня начала, не хочу мешать.
Настя нетвердой походкой ушла, а Марина Ивановна, встала со своего места и принялась расхаживать по холлу. Взглядом хозяйки, она оценивающе смотрела на предметы интерьера и общее состояние, в котором содержался особняк.
– А у вас тут хорошо. Везде чистота и порядок! – произнесла Марина Ивановна, как только Настя вошла. – Сама поддерживаешь или?..
– Андрей держит штат прислуги. Они все и приводят в должное состояние, одному человеку, боюсь, не под силу содержать такое помещение.
– Ты мне составишь компанию? – женщина налила себе половину бокала и вопросительно взглянула на дочь.
– Вообще-то я последнее время стараюсь не пить, здоровье не позволяет.
– Ну, хотя бы немного. В память о Мише! – жалостливо произнесла Марина Ивановна и поднесла бутылку к пустому бокалу.
– Нет-нет! – Настя прикрыла бокал рукой. – Я коньяк не буду, он для меня слишком крепкий, лучше вина.
– Вина так вина! – удовлетворенно произнесла женщина, сделав глоток крепкого напитка, даже не поморщившись.
XVII.
Приземлившийся в аэропорту Гамбурга самолет частной авиакомпании, уже поджидала целая делегация позитивно настроенных, одетых в строгие костюмы людей. Несмотря на пасмурную погоду и моросивший дождик, принимающая сторона радостно приветствовала своих коллег, спускавшихся с трапа самолета. Лица и тех, и других, выражали полное удовлетворение, если не сказать даже счастье, в преддверии большого саммита по двусторонним переговорам. Эти переговоры должны были стать окончательной прорывной точкой в том долгом процессе объединения корпораций, начатых еще Михаилом Борисовичем и слиться в огромный конгломерат, центром которого в конечном итоге станет немецкий промышленный гигант, получающий возможность продвигать акции на фондовых биржах, доходы от которых планировалось распространять среди ведущих сотрудников отрасли.
Подобная перспектива очень льстила Андрею, даже в самом фантастическом сне он не мог себе представить, что в сорок лет окажется на вершине экономического олимпа и будет на короткой ноге с воротилами зарубежного бизнеса, имея возможность участвовать во всех международных сделках, получая от этого огромную прибыль. Вспоминая своего отца, молодой человек сочувствовал его затворническим, консервативным взглядам, лишавших его всех тех прелестей, которых довелось испытать его сыну.
Купаясь в роскоши, окруженный вниманием зарубежных коллег, которые уважительно к нему относились, окруженный вниманием красивых девушек, которые были готовы на все при виде крупных сумм денег, Андрей не понимал только одного: он потерял свою независимость. Поглощаемый финансовым водоворотом, он становился заложником тех, кто был умнее и влиятельнее, кто использовал его в своих корыстных целях. Андрей был недальновидным руководителем и ничего не смыслил в финансовой политике и дипломатии, он жил одним днем и слепо пользовался тем, что у него было на данный момент, не желая вникать в те последствия, которые могут вытекать из всего этого.
В объятиях молодой красавицы, которая стала на долгие годы спутницей его жизни, заняв пост личного секретаря, молодой человек, полностью довольный своим статусом, спускался с трапа самолета радостно приветствуя тех, кто встречал его на немецкой земле. Лимузин компании «Карл Майер» мчал по автобану по направлению к центру города, где находились головные офисы. После праздничного фуршета, по случаю приезда дорогих гостей, планировалось заседание объединения, на котором и должно было свершиться историческое событие.
…Утром в доме Насти раздался звонок в дверь, разбудивший тех, кто еще не успел проснуться. Марина Ивановна, с вечера изрядно нагрузившись алкоголем, с трудом оторвала голову от подушки, и наблюдала за спускающейся по лестнице дочерью.
– Что это я, уснула вчера прямо здесь? – удивленно проворчала женщина, обнаружив себя на диване в гостиной.