- Ты? Тогда почему ты не целуешь меня? Я хочу, чтобы всё сбылось. Чтобы трое детей! Или ты не хочешь? Если это так, то знаешь кто ты после этого? Ты - колдун и язычник, которого за такие вот предсказания и гадания когда-то побили бы камнями, или, даже, сожгли на костре!
- Я поспешу, милая!
- Целуй немедленно! - закрыла глаза Йаэль, и когда Алекс поцеловал её, спросила: - И что должно случиться теперь? Я пробуждаюсь?
- ...?
- И вижу, как прекрасен мир? И вижу, как прекрасна вода в этом озере? И я могу переплыть его без малейшего страха? - всё спрашивала и спрашивала Йаэль, не дожидаясь ответов.
- Смотри, змея! - указала она пальцем на головку змеи, высунувшуюся из воды. Змея плыла в их сторону.
- Быстро плывет, - сказал он, оборачиваясь к своей принцессе, но та уже сбросила с себя платье и прыгнула в воду.
- И нисколько не страшно! - смеясь, кричала Йаэль из озера. - Кругом одни змеи. И я змей, и ты - змей. Все змеи! - было видно, что ей страшно не на шутку.
- Мы все змеи, пока ты нас боишься! - смеялся Алекс, и Йаэль злилась на него за этот смех и за свой страх. И пока в ней была злость, она продолжала плыть по озеру медленно, но упорно. Она доплыла до середины озера, когда услышала голос Алекса:
- Не думай о змеях! - кричал он, но она услышала только "змеи", и повернула назад.
- Справа от тебя три грота! - прокричал он. - Там можно передохнуть!
- Нет! Только не сейчас! Тут змеи!
- Грот с лифтом!
- Нет!!!
- Да нет тут уже никаких змей, - Алекс помог Йаэль взобраться на камни. - Ты их всех распугала.
- Ну да, - проговорила она басом. - Самый страшный змей остался. И он во мне...
Они сидели на камнях под солнышком, обсыхали и, болтая ногами, ели "бамбо". Кроша кукурузные палочки в воду, они радовались ликованию огромных косяков разжиревшей форели.
- Как насчёт удочки? - Спросил Алекс.
- Всё! - от души сказала Йаэль, - больше - никогда! Оказывается, можно испытывать восторг, просто подкармливая рыбу, безо всякого насаживания её на крючок. Это так здорово! Это - как птиц кормить... Смотри-смотри, какие толстопузые форели повылезали! Бросай, бросай бамбу! - радовалась она, что малое дитя.
- Ай! Осы!! Дай-ка я быстро помою руки, а то они меня сейчас начнут кушать, как большую бамбу!
Йаэль отошла от озера и увидела пару средних лет, идущую по туристическому маршруту. В руках у мужчины была карта, за спиной рюкзак, на шее фотокамера.
- Уходим - сказал Алекс. Солнце уже высоко.
Глава 15. ТОЙ И БЕЛКА. ПОРТАЛ В СОЗНАНИЕ ТОТА
Той наслаждался своей новой работой охранника. Сегодня он сопровождал выпускной класс к пресному морю Кинерет. Автобус остановился на пляже Хоф-Голан, одном из многочисленных пляжей северного побережья Кинерета. Пляж был оцеплен полицией и наводнён людьми из частной охранной фирмы. К Тою и его напарнику приблизился загорелый полицейский, и попросил не путаться под ногами. И хотя напарник обиделся, и начал, было, спорить, Той счёл слова полицейского разумными, и не стал возражать против того, чтобы работу по охране подростков выполняли профессионалы. Он положил рюкзак под дерево и прилёг, приглашая последовать его примеру напарника. Но тот махнул рукой, и куда-то ушёл.
Музыка Шанти, звучавшая из динамиков, располагала к расслаблению. Закрыв глаза, он думал о вчерашнем дне, о Белке и её саде камней. И том, что случилось.
До появления Белки, Той словно бы и не замечал красоты камней. В кристаллах он видел лишь застывшую мёртвую форму. Но Белка заставила его пересмотреть своё отношение к камням, и снискать их покровительства, без которого его затея с Изумрудной табличкой могла бы оказаться несостоятельной.
Он показал ей виртуальное изображение таблички Тота, спросив, что она думает об этом. Но Белка не собиралась отвечать. Она повела его в сад камней и о каждом из них рассказывала удивительные истории, которые, впрочем, никакого отношения к его вопросу не имели. И когда Той сказал ей об этом, она лишь улыбнулась.
- У меня есть камни - проводники, - сказала Белка. - Кристаллы. Тебе нужно лишь верно сформулировать свой вопрос, и они помогут тебе с ответом. Белка принесла кристаллы, один дала Тою, второй оставила себе и они вернулись в дом, где она подожгла благовония и включила музыку для медитации. Затем она легла на коврик и положила свой кристалл на лоб. Той последовал её примеру.
Той лежал на полу с закрытыми глазами, слушал музыку, и чувствовал неловкость и холод, идущий от кристалла. Но потом, когда он стал засыпать, произошло что-то необычное. Ему почудилось, что камень стал согреваться и будто бы оживать. Сон, как рукой сняло, потому что кристалл действительно ожил, и стал демонстрировать свои возможности. Той почувствовал, как его стремительно оторвало от земли и швырнуло в космос, где он ощущал скорость ракеты, стремительно несущей его вверх, и видел удивительные картины других миров, куда его сквозь туманности и галактики покровительственно переносил кристалл. Той неожиданно понял, о чём говорила Белка, и почувствовал невероятную мощь магической силы, заключённой в оболочке кристалла. Было бы безрассудным не попробовать приобщиться к этой силе, и Той с трудом сформулировал вопрос о табличке, на который немедленно получил ответ кристалла. Это могло смутить кого угодно. И Той не был исключением.
"Неужели, всё так удивительно просто? - думал он, лёжа под деревом. - На вопрос, который теперь выглядел вполне бесхитростным, а тогда, так длинно формулировался, собираясь из мелких осколков непонимания, страхов и неловкости, волшебный кристалл ответил запросто. По-свойски. Как приятель, как друг". Тою захотелось снова увидеть Белку и, быть может, заново пережить общение с камнем.
"В конце концов, - думал он, - человек находится там, куда направлены его мысли". Той расслабился и последовал вслед за музыкой. Она заставила чаще биться сердце. Тело горело внутренним огнём, стремительно освобождаясь от корки льда. И когда лёд рассыпался, он потерял ощущение тела. Той увидел себя лежащим на полу, в окружении зажженных свечей. На лбу у него лежал тот самый магический кристалл. Ощущения были такие, точно он впился в лоб Тоя так, что никакая сила не сможет его оторвать. Рядом на ковре сидела, поджав под себя ноги, Белка. В её ушах красовались серьги из снежного обсидиана, и такой же обсидиановый перстень был на среднем пальце.
Той легко перемещался вдоль стеллажа с книжными поками, где в особом углу стояла зажжённая свечка, и её тусклое неверное пламя освещало фото учителя Белки. Казалось, что фотография отражается в кристаллах камней, свет от которых высвечивал корешки волшебных книг, оставленных ей учителем.
Некая сила ввергла его в немыслимую воронку и, через мгновение, он уже представлял собою часть того грандиозного сознания, которое струилось в едином потоке куда-то очень далеко и очень стремительно.
Было ощущение взлетающих высоко в небо качелей. Но своего стремительного взлета он увидеть не сумел. Взгляд его был устремлен в прошлое. Назад. Вглубь. Туда, где среди кромешной круговерти к нему пришла неожиданная ясность...
Страх исчез. Он доверился Силе, которая подхватила его, словно перышко. Той растворился в новом для себя мире.
Вслед за ним открыла глаза и Белка. Прошло немного времени, прежде чем она обрела способность видеть.
- Приятно, когда тебя встречают свои. - Облизывая пересохшие губы, Белка жестом попросила воды. Той направился к холодильнику, доставая бутылку с минералкой.
- Белка! - Не сдержал эмоций Той. - У меня получилось!