— А ты помнишь крики чаек над морем? – спросила лапландка.
— Помню. Они мешали мне спать. А моему парню нравились. В общем, я ушла.
— Так, а ты помнишь охоту?
— Да. Меня это заводило.
— А какое ружье ты использовала?
— Никакое. Я охотилась с луком. Хотя, это экзотика по нынешним временам.
Финка переглянулась с лапландкой. Та одобрительно кивнула, вышла из гостиной, но вскоре вернулась, принеся простой композитный лук, дешевую модель для новичков, и десяток стрел к нему. Фристи задумчиво взяла лук в руки, и натянула на пробу тетиву, кажется, вспоминая ощущение. Было видно, что она делает это далеко не впервые.
— Пойдем на двор, и ты попробуешь выстрелить, — предложила лапландка.
— Хорошо, — согласилась Фристи, взяла лук, и повесила на плечо колчан со стрелами.
— Интересно… — пробурчал Кай, и пошел вместе со всеми.
На дворе Фристи поискала глазами подходящую мишень, но тут Айно бросила заранее прихваченную на кухне большую картофелину. Сильный бросок вперед и вверх… …Фристи стремительно приладила стрелу, натянула лук, и… …Стрела с коротким свистом рассекла воздух, и воткнулась в летящую картофелину.
— Сто чертей в ноздрю! — изумленно выдохнул Кай а, между тем, Айно бросила вторую картофелину. Снова щелчок тетивы, свист, и стрела поразила летящую мишень.
— Сможешь три подряд? — спросила Айно.
— Давай, — лаконично предложила Фристи… …Это было для Кая уже за гранью понимания. Увидев результат, он проворчал:
— Так не бывает.
— Бывает, как видишь, — сказала Лемпи, — идем в дом, я покажу кое-что.
…
Кое-что оказалось старой книгой-сборником скандинавского фольклора. Лемпи быстро нашла там нужную страницу, положила книгу на стол, и придвинула к Фристи.
— Читай. А мы пока прогреем сауну. То, что надо для вас.
— Спасибо, будет здорово, — откликнулась Фристи, погружаясь в чтение. Кай вообще не хотел лезть в процедуру исследования фольклора, но был мотивирован к этому тычком локтем по ребрам.
— Ты могла бы и словами объясниться, — проворчал он.
— Ну, извини, — она погладила Кая по плечу.
— Ладно, проехали, — отозвался он, заглянул в книгу, и пробежал взглядом аннотацию:
«Скади — из рода хримтурсов, существовавших еще до богов Асгарда, почитается, как покровительница охоты, хозяйка зимы. Ее атрибуты: лук и лыжи. Она — зимняя аватара четырехликой богини плодородия. Когда асы убили Тьяцци, отца Скади, она при оружии пришла в Асгард, за кровью или вирой. Асы отдали виру — лен в Асгарде и Ньорда Морского в мужья. Хотя, ее жизнь с Ньордом была недолгой: ее раздражали крики чаек на море, ей больше нравились горы. Позднее Скади сожительствовала с Одином, и недолго с Локи. Отношения с Локи были завершены ссорой, и при изгнании Локи из Асгарда, именно Скади подвесила ядовитую змею над головой Локи, чтобы яд капал ему на лицо. Ее спутники: змей, конь, волк, и сова. Ее земля Трюмхейм в горах Скандинавии. Имя Скади толкуется, как Урон и Тень».
Фристи снова ткнула Кая локтем по ребрам и спросила:
— Я что, правда, похожа на эту богиню — ледяного монстра?
— Я же просил: объясняйся словами, — проворчал он.
— Ну, извини, — она снова погладила Кая по плечу, — так я что, правда, похожа?..
— Не знаю… — Кай вздохнул, — …А я похож на восьминогого волшебного коня?
— Ты похож, когда за рулем, — ответила она, — знаешь: руки, ноги и четыре колеса.
— Ладно. Тогда твои финты с саперной лопаткой и с волками тоже намекают на…
— …Я поняла! – перебила она, — Блин! Урон и Тень. Вот свезло, так свезло…
— Не переживай, — утешил Кай, — ты хотя бы гуманоид. А я — мифическое полиплоидное непарнокопытное.
— Поли-какое? – переспросила она.
— Полиплоидное, — повторил он, — это когда в геноме набор хромосом вдвое или больше против обыкновенного. Поэтому у меня не четыре ноги, а восемь.
— Ты что, хорошо шаришь в генетике?
— Нет, просто два года в тюрьме читал книжки от не фиг делать.
— Ты что, все подряд читал?
— Не то, что все… — начал Кай, пытаясь сам себе ответить на вопрос о своем принципе выбора чтива, но тут…
…Лапландка Лемпи окликнула их:
— Гости! Сауна нагрета.
— Спасибо! – откликнулась Фристи, и спросила, — Кай, ты как, не стеснительный?
— Нет. Чего коню стесняться?
— Ну и правильно. Идем, короче.
…
8. Этюд о любви и ненависти мифических существ.
Сауна в коттедже егерей была маленькая, примерно два на два метра. Так что никакой индивидуальной приватности при нахождении там вдвоем заведомо не получалось. И, кстати, внешность Фристи была далека от модельной, но обладала особой эстетикой, о которой заявил Фидий еще в V веке до Новой эры, создавая скульптору амазонки. Тут отсутствовали признаки яркой женственности (никаких стройных ног, широких бедер, округлой попы, тонкой талии и пышной груди), но отсутствовали также и характерные силовые признаки мужеподобной силы (вроде мощной спины и широких плеч в стиле бодибилдинга). Ревнитель эталона женской красоты сказал бы: ноги и талия слишком толстые, попа слишком плоская, грудь вовсе неубедительная. Но зритель, склонный к функциональной оценке, отметил бы: такая фигура почти идеальна для воительницы и охотницы, чье оружие: лук, стрелы, и легкий меч или топорик. Такое сложение может компенсировать небольшую силу — слаженным действием всех мышц при любом ударе, защите, маневре, или выстреле. Вот так выглядела Фристи с точки зрения скульптора.