Однажды свет отключили, когда я был в ванной. Я позвал маму, и она принесла зажженную свечу. Помывшись, я вытерся полотенцем и посмотрел на себя в зеркало над раковиной. Пламя свечи колебалось, по моему лицу бегали тени. Я поставил свечу поближе к зеркалу. Почему-то у меня начали бегать мурашки по коже. Я смотрел на свое лицо, и не мог оторвать взгляд от глаз. Все мысли улетучились, в голове была звенящая пустота, сердце бешено колотилось. Поддавшись внезапному порыву, я задул свечу. Все резко погрузилось в темноту, и я замер, не в силах пошевелиться. По коже пробежала новая волна мурашек, волосы у меня встали дыбом, виски сдавило. Появилось ощущение, что напротив меня кто-то есть. Я смотрел в темноту перед собой, и волны ужаса накатывали на меня все сильнее. Я вдруг понял, что слышу дыхание.
Мне захотелось развеять этот кошмар, я резко протянул руку, чтобы почувствовать холодную поверхность зеркала, но ладонь наткнулась на что-то теплое и мягкое. И тут я услышал смех. От ужаса я попытался закричать, но ничего не вышло. Я услышал мамин голос. Она спрашивала, все ли нормально. А потом ей ответил мой голос. - На последних словах Перри замолчал, сотрясаясь от мелкой дрожи. Чтобы вывести пациента из ступора, я предложил ему выпить воды. После нескольких глотков, мой собеседник отложил пластиковый стакан, и мы продолжили.
- Вы говорили, что вас позвала мама, и ей ответил ваш голос.
- Да. Он ответил ей, что все хорошо, просто свеча погасла. Когда дверь открылась, и зашла мама с другой свечой и спичками, я увидел себя, взъерошенного и улыбающегося. "Мама, потрогай зеркало, там вроде трещина какая-то", - сказала эта тварь. Мама улыбнулась, протянула руку к зеркалу, а тварь в этот момент задула свечу. Я почувствовал движение возле меня, словно что-то крупное проплыло в воде совсем рядом. А потом я услышал мерзкое хихиканье. Никогда не думал, что голос моей мамы может звучать так мерзко.
Моя "мама" зажгла свечу, и я встретился взглядами с ней и со "мной". Они широко улыбались. Лица были такими же, только на дне глаз как будто что-то шевелилось. Я снова закричал, но ничего не услышал. Я раскрывал рот, бился в зеркало, но вокруг меня стояла мертвая тишина. "Мальчик" напротив меня поднес палец к губам. Затем эти твари вышли. Мне почудился рядом мамин крик, но дальше все как в обрывках сна.
- Расскажите, что помните.
- Я видел его у нас дома, в лифте, в машине, в разных зеркалах. Он был в разной одежде, и он менялся, рос.
- А где были вы?
- Нигде. Я видел только эти обрывки. Он не задерживался возле зеркал.
- Что было дальше?
- Дальше... Я точно не знаю. Похоже, они ошиблись. На праздновании дня рождения зажгли свечи на торте, выключили свет. Когда он нес торт мимо зеркала на стене, там похоже лопнула старая веревочка, на которой оно висело. Зеркало стало падать на него, он дернулся, выронил торт, свечи погасли, и в этот момент я смог коснуться его. Когда я включил свет, то увидел, как они все сидят за столом и скалятся. И глаза у них странные. Я схватил нож, которым мой двойник собирался нарезать торт, и они набросились на меня. Сколько бы я их не резал, они продолжали шевелиться и шептать. А потом приехала полиция.
- Чего вы хотите сейчас?
- Я хочу пойти на ту сторону! Родители остались там, я знаю!
- Почему вы так уверены, что они там?
- Я их слышал, когда был с той стороны. Док, я вам все рассказал, дайте мне зеркало, прошу!
- Я посмотрю, что можно будет сделать. А пока отдыхайте. - я закончил писать в своем блокноте и направился к выходу.
- Пожалуйста, док, только побыстрее.
Я понял, что стоит выдержать паузу и понаблюдать за изменением состояния пациента. Прислушавшись к своим ощущениям, я обнаружил в себе сочувствие. Парень действительно верит во все, что мне рассказал. Такое чувство, что я общался с напуганным ребенком, который скучает по маме и не понимает, почему его здесь держат.
Спустя несколько дней мне доложили, что Майкл Перри перестал есть. Он вновь начал требовать себе зеркало. При личной встрече я поставил ему условие: если будет хорошо питаться три дня, на четвертый он получит свое зеркало. Его просьба несложная, и может либо привести к катарсису, либо открыть другие грани заболевания.