Да, несложно то, что тебе уже известно, и знаешь, как это сделать. Посредством благосклонного содействия Саи-туу, у меня навсегда одушевлено сознание, если кто посвящён, в чем суть этого нового для современных людей качества.
Мне несложно заполнить моим эфирным телом всё внутреннее пространство додзё, где ведутся учебные бои. Я отслеживаю происходящее в каждом кубическом миллиметре пространства вокруг меня и улавливаю зарождение намерения в головах у каждого из моих противников, пусть их будет десятка два или три, хоть сколько. Я «вижу» каждого из них с любой из сторон, а кроме того, и сверху и снизу. Отбивая атаки длинным мечом «дайто» и держа наготове меч-компаньон, я «вижу» взмах руки Чу Де Гына, выпускающей сюрикены, нацеленные мне в спину, и «вижу» их в полёте. Меч в моей руке образует сверкающую стальную оболочку вокруг моего тела, через которую не пролетит и пуля. В меня, естественно, не стреляли в додзё, но в тире я «видел» вихревой жгут, сопровождающий полёт пистолетной пули, и, находясь рядом с её траекторией, мечом успевал пулю отбить в сторону. Останавливать полёт пули усилием воли я не способен. Но я могу исчезнуть с того места, через которое вот-вот просвистит пуля, — успеваю, чуть опережая момент выстрела.
Наверное, я не до конца осознаю, насколько колоссальны были усилия моих персональных исцелителей и учителей по формированию моего разума, моей личности. Но мне не с чем сравнивать. Своего собственного труда над самим собой я ведь точно так же правильно оценить не в состоянии. Ни к кому из живущих не прилагал я столько усилий, сколько к себе, чтобы в себя сформироваться. Спустя время я задумываюсь над огромностью пути и труда и каждого ребёнка над собой, чтобы стать взрослым. Разве не интереснее этот процесс формирования личности, а также знание, как и для чего это делается, по сравнению с самыми невероятными приключениями самых наикрутейших героев? Любые их приключения мне представляются пресными, не имеющими настоящего вкуса жизни, по той главной причине, что не выходят за рамки гибельного пути цивилизации. И теперь мне кажется абсурдом использовать всё то, что я могу, всё уникальное могущество, которым я располагаю, для осуществления целей тривиальных, для решения задач ничтожных.
При желании и Саи-туу и Чу могут блокировать проникновение в своё сознание. Могу это и я. Поэтому нам доставляет особенное удовольствие находить всё новые способы взлома блокировок и пути для проникновений. Джеймс Миддлуотер в этом плане совсем простак. Ни о чём таком он и представления не имеет, хотя любит побывать в додзё и поразвлечься с боевым мечом в руке. Как-то похвастался о своей домашней коллекции оружия.
В присутствии Джеймса никто из присутствующих серьёзных разговоров не вел. После тренировок чаще всего мы с Саи-туу выходили в сад к ручью. С корейцем Чу я общался на террасе, когда он писал маслом виды далёкой от нас горы Асахи при различных состояниях освещения, неба и погоды. Самые откровенные разговоры происходили у меня с каждым из них с глазу на глаз.
С большим интересом я наблюдал, как Чу Де Гын угольным мягким карандашом строит композицию на загрунтованном листе картона, как смешивает на палитре краски, никогда не используя чёрный цвет. Частицы сажи имеют способность мигрировать в толще слоя краски и с течением времени зачерняют собой более светлые тона. Я смотрел, как он сначала кладёт глубокие тёмные тона на эскизе, где будут тени, и от них через соотношение тональностей движется к светам.
Мне живопись по-прежнему не давалась, как и попытки собственного музыкального исполнительства при наличии музыкального слуха. Но это глазами Чу я увидел, что вокруг нас нет природной прямолинейности, мы живём в пространстве сферическом. И всё видимое, что к нам приближаясь, расходится, и, удаляясь, сходится, преломляется в соответствии с законом трёхмерной сферической перспективы. Я увидел и другое — наше пространство больше, чем трёхмерное. Но Чу Де Гыну объяснить этого я бы не смог.
— Почему, уважаемый мастер Чу, ты ничего не рассказываешь мне о самурайском кодексе чести — бусидо? Я понимаю теперь, что содержит корейская философия чучхе, ориентирующая человека только на использование своих собственных сил. Ты продолжаешь обучать меня искусству ниндзя. Но ни слова не говоришь о бусидо. Почему, учитель Чу? Мне, получается, почему-то нельзя овладеть знанием этого кодекса?