Высокой, вечной памяти Святого Иеронима всеобщий поклон за его подвиг. Но несовершенной была система письма того времени. И позднейшим переводчикам и переписчикам Вульгаты приходилось разгадывать, что иметь в виду, расставляя знаки препинания. Этой проблемы не было, пока сотни лет священные тексты передавались изустно, и смысл доводился заученной интонацией. Но за века человеческой истории из-за войн и бедствий не раз и не два устная традиция оказывалась утраченной. Как видите, проблема сбережения и передачи действительно однозначного смысла не сразу была осознана в стародавние времена, и не тотчас получила своё разрешение. Не смейтесь, но древние пишущие не имели и потому не знали синтаксиса. Его отсутствие не всегда компенсировалось логикой, и не все ею владели, чтобы семь раз отмерить, а один раз верно отрезать. Есть известная историческая шутка о том, как некий император начертал на приговоре преступнику: «Казнить нельзя помиловать». Попробуйте не исполнить…
— Андре, а ты покажи нам, пожалуйста, снимки и видео об Израиле с твоего старого телефона, — попросила София-Шарлотта, и, с позволения Акико, Кокорин вывел записи на большой настенный монитор в гостиной. — Это интереснее слов.
Андрей с видимым удовольствием согласился, и через пару минут перед нами ожил большой настенный монитор.
— В длинных пальто — это арабские женщины? — сразу спросила Акико. — Слева в толпе, к нам лицом. В головных платках, идут навстречу, не поднимая глаз.
— Да, — сказал Кокорин, — они держатся очень скромно, на мужчин никогда не взглянут. Что есть, то есть. Мне, кстати, это в женщинах душевно импонирует. Но учтите, их местные арабы — точно такие же граждане Израиля, как и евреи. Пользуются теми же конституционными правами. Одни нации там, конечно, подшучивают над другими, но это вненационально, как и всегда ведётся между нормальными соседями, сами понимаете. В Назарете, а это как раз наши первые снимки, например, половина проживающих арабов — христиане, и многие из них такие же православные, как я. Некоторые получили высшее образование в Москве, других российских центрах, и неплохо говорят по-русски. Не всё так просто, и вы скоропалительно не думайте: если повстречался араб, то непременно террорист. Вовсе нет. Бандиты, террористы бывают любых национальностей. И попадаются даже среди президентов, такие ещё опаснее.
— Между прочим, — решил высказаться и я, — все мы пользуемся арабскими цифрами, алгеброй, решаем уравнения по кубические включительно — всё это арабы…
— Да, это так, но сейчас не все и арабы об этом знают, — возразила София-Шарлотта, не поворачивая ко мне головы, — их в массе оставляют безграмотными их же правители.
— Какой красивый город Назарет… На холмах. И довольно большой… О, а это, наверное, река Иордан? Она вытекает из Галилейского моря? Это оно виднеется за рекой? В Иордане желающие всё ещё продолжают креститься? А как звучит в Израиле современное название Вифлеема, где родился Христос? — Почувствовалось, что Акико живо увлеклась рассказом о святых местах и просмотром снятого Андреем. — Не Бетлехем, как написано на картах?
— Нет, немного не так, мисс Челия, — ответил Кокорин, демонстрируя ландшафты и памятники Святой Земли. — Внутреннее «аш», или русское «х» не произносится. Скороговоркой получается примерно как «Бэетлеэм» или, пожалуй, звучанием ближе к «Бэйтлеэм». Вы же, наверное, знаете о чередованиях согласных «в» и «б», а также «ф» и «т». Раньше русскими произносилось «вивлиофика», как это было в греческом, а сейчас говорят на западно-европейский манер — библиотека. Но даже ударение некоторые делают не на «е», а по-старому, на «о». Ещё пример. По-русски «алфавит», ударение плавает, и на вторую, и на третью гласную. В европейских языках — альфабэт, чаще ударение на второй гласной, но, в общем, бывает на всех трёх гласных. А что касается Израиля…
Полицейских, это заметно, вообще немного. В Иерусалиме видели, ехал как-то один по Яффа-роуд на мотоцикле-одиночке. Видимо, получил по радиосвязи какой-то приказ. Крутнулся на заднем колесе, и рванул с места в обратную сторону, в секунды с глаз исчез. Сотни под две километров в час скорость, не меньше, это точно.
Военные?.. Офицеров за девять дней на улицах Тель-Авива, Яффы, Назарета, Каны Галилейской, Нетании, Ашдода, Иерусалима, Вифлеема, в поселочке Эйн-Геди на Мёртвом море, да вообще нигде, где побывали, мы с Зофи не видели ни разу. Ходили, наверное, не в тех местах, где они появляются. Только солдаты, по двое — патрули. Иногда много солдат, группами, например, на автовокзале — едут в увольнение, в отпуск, к месту назначения или демобилизующиеся, — но все равно каждый вооружён, как минимум, американской штурмовой автоматической винтовкой М16. Сержанты, помнится, часто ещё и с огромным пистолетом на поясе. Пару раз видели с израильским автоматом «Узи», при стрельбе он не тукает, а словно шелестит, я называю его «скорым шептуном». У каждого солдата под левым погоном берет своего цвета, в левом ухе телефончик средства связи. Какой-то вещмешок постоянно на спине, видимо, для автономности.