Если «варварская» Русь погрязла в отсталости и не принимала христианство тысячу лет, как считается в официальной истории, кто или что мешало не изменившей своего характера Руси-России с тем же успехом протянуть ещё тысячу лет и принять христианство уже в наши дни? Думается также, что термины «язычество», «язычники» не отображают существа верований и объектов поклонений древнейших народов, поскольку применены близкими им по времени потомками-иноверцами слишком общо, чтобы затемнить и унизить ниспровергнутую веру предков или чужую веру. Термины эти, конечно, могут быть использованы и в научных целях, но сегодня надо бы осознавать смысл всякого слова с большей точностью, тем более, слова древнего, которое предки понимали, очевидно, иначе, чем мы, пользуясь своим, а не нашим современным языком.
Большим вопросом остаётся и такой: какую именно Русь лично крестил князь Владимир? Киевскую ли Русь, которая приняла Крещение от святого апостола Андрея Первозванного, что следует из чудом сохранившегося Хутынского стишного пролога 1479 года? В Хутынском стишном прологе об этом рассказано с подробностями, как если бы Крещение состоялось не столь давно: святой апостол Андрей пришёл из Синопа в Византии, где «учил», через Корсунь в Крыму в трёхпроточное устье Днепра, поднялся по реке, крестил Русь, и благословил место, и крест поставил, где ныне град Киев. Не только летописец Нестор, но и древние тексты, найденные в Греции, Италии, по Средиземноморью, подтверждают хождения святого апостола Андрея по Руси и другим странам Европы, где он учил и крестил народы. Получается, что в Киеве на Андреевской, а не Владимирской горке над Днепром с крестом должен стоять памятник святому апостолу Андрею Первозванному-Крестителю Киевской Руси, а князь Владимир-Креститель крестил другую Русь, возможно, Владимиро-Суздальскую? И недоокрестил. Потому что Север Руси сопротивлялся Крещению после смерти Владимира лет полтораста-двести, как ещё не дольше. И не надо думать, что принятое христианство хотя бы в пределах Руси оказалось единым. Поскольку возникло исторически почти одновременно сразу две крупных религиозных ветви.
Первая — царское христианство в царской семье, среди членов династии, считавших Богом не только Христа, но и себя богами тоже, и поддержавшей и вводившей это верование части знати, как византийской, так и русской. Этот факт дополнительно подтверждает версию о возможном государственном единстве Руси и Византии около времени Христа.
Вторая ветвь — апостольское христианство с утверждением о божественности только Христа, распространявшееся апостолами в народах. Мы исповедуем апостольскую версию, окончательно победившую в религиозно-династических войнах внутри Руси и России ещё в те стародавние времена, около шести с половиной веков тому назад. Наша церковь потому и называется апостольской. Но об изначальном раздвоении христианства, разном его понимании знатью и народом, это попутно, а кто же крестил Русь? Или под разными именами в разных источниках понимался один и тот же Креститель? Или надо проверять до нас дошедшие древние источники на истинность — кто же всё-таки Креститель: каган и великий князь Владимир или святой апостол Андрей? Или крестили оба, а ещё крестили и княгиня Ольга, и её и Игоря сын князь Святослав, вовсе не язычник, то есть было не менее четырёх далеко не одновременных крещений Руси, как считают некоторые историки, опираясь на найденные древние документы? Пока преобладает также упрощённое, но малообоснованное мнение, что крестил один Владимир. Пусть даже так, не реально о Крещении, а чисто символически. А Киев и, скажем, Ростов Великий, Ярославль, Галич Костромской или Суздаль — одна и та же Русь того времени?
А, может быть, так: князь Владимир — это государственный деятель, принявший решение о Крещении Руси, но христианским священником, епископом, митрополитом или патриархом Руси он от Константинополя не стал, а крестил Русь имевший на это право от самого Христа святой апостол Андрей Первозванный? И тогда кто оказывается важнее в осуществлённом Крещении: князь или апостол? А если важны оба, то и памятники поставить обоим, с точными надписями, кто и что сделал: князь решил крестить (или согласился крестить — с кем согласился?), апостол крестил. При этом хочется надеяться, что и мы понимаем смысл слов «великий князь» и «апостол» так же, как они понимали их о себе. Конечно, никакой уверенности в этом нет, пока мы не знаем пределов власти и полномочий каждого из них, а не воображаем их себе на основании неизвестно чего. Легко убедить себя, что веришь правильно. Но будь уверен, что Христос уж точно верил иначе! Только не записал, или записи Его до нас не довели. Сведения о Христе имелись в записях, Его руке не принадлежавших, в этом нас уверяют с комментариями, почему Он не написал. Но есть и другие мнения: и многое написал, и во множестве сохранилось, но приписывается историками совсем другим лицам, чтобы не поколебать установленную кем-то традицию.