Оказалось, что ни флот, ни армия, ни авиация, ни стотысячный гарнизон Сингапура, из которого треть были британцы, семнадцать тысяч австралийцы, никакая не защита. Были, стояли тут в мирное время зачем-то, обозначали своё присутствие, а воевать оказались совершенно не способны, слишком привыкли к приятной жизни, сдались вторгнувшимся малочисленным японцам тут же. Офицеры не ориентировались в местности, которую должны были оборонять, солдаты, обученные только парадному строю, не знали, чем и как оборонять. Не имея преимущества в силах, японский генерал Ямасита действовал нахрапом, вызвал к себе англичанина, командующего обороной, и наорал на него. Сингапур вздрогнул от его наглости и жестокости и дисциплинированно сдался. То же происходило и в Бирме, и в Таиланде и на Филиппинах, всюду на половине Тихого океана. Кто-то где-то, конечно, отстреливался, как наш юнкер Александр в Святошино под Киевом. А что толку, если до Лондона так далеко, никакие разумные и своевременные приказания оттуда не поступают. А в самой Англии, потеряв малочисленные, но хоть как-то организованные сухопутные силы и всё вооружение экспедиционного корпуса под Дюнкерком у Ла-Манша, думают об одном: как слабыми военно-воздушными силами от авиации Гёринга отбиться. Разведка доложила о «Дне орла». В эту операцию «Адлертаг» самолёты Люфтваффе должны массированными налётами сокрушить Великобританию. И подлодки Кригсмарине гросс-адмирала Карла Дёница топят уже по нескольку торговых судов в день, на британские острова ощутимо сокращается подвоз, а без регулярного подвоза англичанам на свои ресурсы не прожить.
Белое цивилизованное население Сингапура попросту исчезло. Отдав с себя все драгоценности, все деньги, эвакуироваться в Индонезию, на Целебес, в Австралию смогли только около 1600 человек. Остальные белые гражданские без вести пропали. Потери цветного туземного населения никто и не считал. История раз за разом показывает, что власть мирного времени в условиях начавшейся войны с обязанностями, как правило, не справляется. Но какой генерал, такая у него и армия. И потому, при слабых, зато угодных высшему начальству командирах, намеревающаяся только обороняться сторона заранее ставит себя в проигрышное положение. Ведь обыкновенные командующие мирного времени заботятся, по большей части, о благах, привилегиях, удобстве и безопасности для себя лично. На военные учения всегда денег не хватает. Потом спасают лично себя.
— Согласен с тобой, Айвен, — вмешался Миддлуотер. Он положил правую ладонь на столик и легонько прихлопывал ею по столешнице в такт произносимым словам. — Очень плохо, когда нет заблаговременно продуманной военной теории, нет плана действий. Но ещё хуже, когда, вопреки плохо, хорошо ли, но всё-таки разработанному плану, начинают импровизировать. Да. А в дело управления вмешиваются все, кому не лень, побуждаемые весом своего положения в обществе и личными амбициями. В преддверии Первой Мировой войны российский Генеральный штаб имел план только полной мобилизации. Понимая, что в случае выступления России в защиту Сербии, где в конце июня 1914 года провокационно был застрелен наследник австро-венгерского престола эрцгерцог Франц Фердинанд Габсбург, агрессивно настроенную Австро-Венгрию неминуемо поддержит кайзеровская Германия, и надо, не теряя ни дня, начинать полную мобилизацию, Генеральный штаб вынужден оказался выслушивать всех и подчиниться мнениям великих князей, их жён, великих княгинь, взбаламученной ими столичной прессе. Телефонные консультации представителей императорского двора с зарубежной роднёй способствовали усилению давления на Россию европейских дипломатов, включая германских. Царь Николай II при этом непрерывно колебался, не желая ни с кем из родственников поссориться и оставаться душкой. В итоге объявлена была частичная мобилизация четырёх западных военных округов вообще без плана. Возобладало мнение, что её достаточно в качестве предостережения Европе, а войны может и не быть. Но, как и собиралась, войну Европа по своим планам начала. Пожалуйста, Айвен.