— Это не американцы, если нет авианосца, — сказал Хэйитиро, с интересом следя за остающимися за хвостом и тающими шлейфами от пущенных противоракет российского производства. В действии он их увидел впервые. — Ракеты «Феникс» не новые, но всё ещё дорогие, поскольку точные и летают на пяти скоростях звука. Поэтому у них за полёт выгорает полтора миллиметра толщины внешней оболочки. Кому-то очень надо нас сбить.
— Тоже так думаю, — отозвался Борис, — напродавали по всему миру. Теперь и воюют все, кому в голову придёт. Похоже, «Томкэты» с сухопутного аэродрома. Мы снова где-то над океаном поблизости от Азии. Мешают облака. А если мы над Персидским заливом, где тогда американский авианосец, неужели перевели?
— Не нравится мне над заливом, — признался Хэйитиро. — На море не укроешься в складках местности. Видимость до горизонта и дальше.
— Первая цель уничтожена. Вторая цель уничтожена, — бесстрастно отметила мисс Рэнди своим приветливым голосом. — Носители с живыми людьми в соответствии с программой атакованы быть не могут. Дистанция сто десять километров. Угроза повторной атаки сохраняется. Прошу решения командира экипажа.
Густов думал не дольше секунды:
— Я командир экипажа. Мисс Рэнди, приказываю внушить неприятельским пилотам и операторам носителей, что они атакованы огнедышащими крылатыми драконами. Дать мне и оператору картинку левой задней полусферы на обзорный дисплей.
— Есть, командир, — отозвалась Рэнди. — Пуск первого волевого импульса. Пуск второго волевого импульса. Четыре пилота катапультировались. Носители не пилотируются. Защитный противоракетный комплекс «Шиповник» деактивирован.
— Помойтесь, ребята, — сказал Борис голосом полюбившегося миллионам кинозрителей таможенника Верещагина, с удовлетворением наблюдая за беспорядочным падением самолётов и спуском четырёх парашютов. — Расскажете там, кто вас так напугал.
— Центр управления полётом в связи с атакой указал другое место посадки, Саудовская Аравия отменена. Действует план «Б», — предупредила Рэнди. — Экипажу приготовиться. Перелёт на высоте восемьдесят километров, удаление восемь тысяч двести километров. Оперативный запас горючего будет израсходован. Даю оператору карту. Стартую.
— Мисс Рэнди, благодарю. Кто нас мог атаковать, мне не понятно. Но сбить нас у них не получилось. Хэй, как мы сейчас летим?
Преодолевая нарастающую перегрузку, Хэйитиро сдавленным голосом сообщил:
— Летим очень интересно: считай, почти позади Аравийский полуостров, Персидский залив впереди на удалении триста, там дальше Бахрейн — Иран — Афганистан — Китай — Монголия, потом снова Китай… Двину карту… Кусочек России на Дальнем Востоке… И Япония! Мы сядем на Хоккайдо!
— Ну, что ж, полетели… Как верёвочке ни виться, а кончику быть.
Перелёт прошёл без каких-либо осложнений и нареканий. Весь космический полёт продолжался чуть больше суток после контакта с землёй, зафиксировавшего начало отсчёта двадцати четырёх часов. Над приближающейся Японией угасало алое закатное небо. Аппарат начал быстрое снижение в сиреневую приземную дымку. Когда в слабеющем свете дня и скоро наступающих сумерках сильно потемневший от сажи, покрывшей внешние поверхности, воздушно-космический самолёт МиГ снизился до восемнадцати километров, к нему, близ южной части Татарского пролива, свободно подошли и пристроились, встали по бокам для сопровождения, два современных японских истребителя FS. От своего прототипа, лёгкого американского многоцелевого истребителя F-16, их отличали скошенные книзу выросты переднего оперения, отходящие под кабиной пилота то ли от заострённого, веретенообразного фюзеляжа, то ли от боковин уплощённого подфюзеляжного воздухозаборника.
Взглянув мельком и опознав марку охраняющих самолётов, разглядывать их Борис не стал, сосредоточившись для контроля посадки на незнакомый аэродром, затянутый плотной облачной пеленой, едва пропускающей свет от вечерних городов на земле. Зато японские лётчики-истребители с почтительным удивлением разглядывали на фоне плывущих мимо облаков вдвое более крупный закопчённый диковинный летательный аппарат с двумя пилотами в гермошлемах, воздерживаясь подходить к нему близко.
Когда три самолёта спустились в сумрак ниже слоя облаков, и по правому борту в отдалении показались береговые очертания широкого залива Исикари и световое зарево над раскинувшимся Саппоро, непредсказуемая мисс Рэнди сделала для экипажа приятный сюрприз. Она сопроводила автоматическую посадку МиГа на сияющую разноцветными бегущими огнями двух с половиной километровую полосу военной авиабазы Асахикава на северном японском острове Хоккайдо струнными звуками музыки из нашумевшего фильма к 500-летию легендарного открытия Христофором Колумбом Америки, под которые великий мореплаватель ступил на её берег.