— А автора этой программы удалось захватить?
— Пока не удалось. Но это вопрос только времени, найдут. Может, он новоявленный пророк, выступивший против всемирного зла и в совершенстве освоивший компьютерное программирование. Не обязательно ведь пророк обязан явиться в рубище… Авторы — все мы, наша цивилизация — автор. Да, вся наша погрязшая в грехе и невежестве цивилизация, с которой мне лично меньше всего хотелось бы иметь дело. Так ведь приходится. Ибо я — тоже только человек. Homo sum… Ни пить, ни есть не хочется и не можется, дорогие мои. Как бы поскорее со всем этим развязаться…
Он отодвинул и бокал и тарелку:
— Я опозорен, раздавлен и уничтожен. Я стал понимать, что, выполняя изо дня в день поручения моего непосредственного руководства, руководителя, не знаю, что уж там говорил ему, наедине с ним, президент, которому докладывал о наших с вами делах всегда я лично, я испытывал удовлетворение от моей востребованности. И знал, что президент в постановке любой задачи добивался равновесия в назначении для её решения людей.
Я мог быть удовлетворён или недоволен начальством, мог осуждать те или иные действия. Оценивать их как своевременные или безграмотные, но я получал подпитку, был занят, при деле, и начинал беспокоиться, если переставал получать руководящие указания и, значит, мог стать ненужным. И тогда я деликатно подталкивал того или иного сам. Президент ведь никогда не отдавал мне непосредственно поручений. Всегда делал это через кого-то, а мне лишь советовал, причём, ненавязчиво. Я, таким образом, организовывал себе всё новые и новые бесполезные работы. Лишь бы ощущать себя постоянно занятым делом, втайне рассчитывая, что будут замечены и оценены мои умения и способности. Сейчас я этого лишён. Мой ум остался без пищи. Мне нечего обдумывать, некого критиковать. Всё исчезло, как не бывало. И теперь либо предъявят обвинения, либо… Мне предложено следующее звание, генерал-майора, с условием, что я ухожу в отставку в мирное время. Так для чего нужна была она, моя востребованность? Поверишь, что стараются непременно отстранить тех, кто соприкоснулся с вашим русским МиГом. Но уже не убивают. Хотя вас в полёте атаковать ещё попробовали, ну, это по старинке, так мне кажется. Или вне всякой связи, просто из вредности.
— Остаётся самому стать президентом, если тебя это так заедает, — серьёзно посоветовал Борис, понимая, что последнюю фразу Джеймс сказал, чтобы лишний раз не обеспокоить Акико, хотя остановиться следовало парой фраз раньше. А она опустила глаза и с интересом рассматривала свои руки, сложенные на коленях, и, словно любуясь, даже пошевеливала тонкими длинными пальцами.
— Видишь ли, в моей стране лицо, избранное президентом страны на всеобщих выборах, приступает к исполнению своих обязанностей с 20 января года, следующего за годом выборов. Каждый американец знает это наизусть. Выборы проходят в первый вторник после первого понедельника ноября каждого високосного года. Сейчас у нас две тысячи десятый, так что ты не прав: действительная предвыборная лихорадка начнётся в две тысячи двенадцатом. К шоу с предварительными выборами я серьёзно не отношусь, часто это срежиссированная фикция для легковеров, предварительный результат не всегда подтверждается. Потом по-крупному залихорадит в две тысячи шестнадцатом, две тысячи двадцатом и так далее. В промежутке между днём выборов и 20 января избранное лицо так и считается «лицом, избранным президентом» и в течение трёх месяцев вникает в дела, входит в курс, знакомится с наиболее острыми проблемами и высшими секретами государства. Обязанности президента продолжает исполнять в этот период предшественник вновь избранного, человек, избранный на этот пост четыре года тому назад. Или восемь лет, если он был президентом два срока. Но не более. Хотя ФДР был три срока, я имею в виду Франклина Делано Рузвельта, но тогда была Вторая Мировая война…
Акико тоже захотелось сказать Джеймсу что-то в качестве психологической поддержки:
— Человека с рождения окружают множества явлений, событий, факторов. Или понятий и ощущений невидимых, неосязаемых, предполагаемых. Но они вызывают порой в человеке чувства и эмоции, ничуть не менее сильные, чем вещи, явления или объекты видимые и осязаемые. Не реагируй, Джим, на то, что не случилось.