— Значит, вас прислал принц, — заметила Симона. — И, говорите, вы не актриса? Тогда кто же, модель?
— Нет, я певица.
— Ах да, конечно! — воскликнула Симона, словно сразу поняв, почему здесь появилась Жози. — Что ж, тогда я готова вам помочь. Вас прислал принц, а это хорошая рекомендация. Вы довольно милы, — добавила она с обезоруживающей улыбкой и провела Жози в просторную гостиную.
Скромный фасад дома отнюдь не обещал того, что предстало глазам потрясенной Жози. Комната была увешана огромными зеркалами в золоченых рамах и устлана роскошными коврами. Повсюду стояли вазоны с тропическими растениями, а между двумя окнами, задернутыми тяжелыми занавесями, красовалось чучело павлина. На мягких бархатных кушетках сидели хорошенькие девушки. Правда, Жози скоро догадалась, что девушка здесь одна, если, конечно, не считать отражений в бесчисленных зеркалах. Симона велела девушке удалиться. Та поднялась — высокая, стройная, в облегающем вечернем платье от дорогого модельера. Лукаво взглянув на Жози, она удалилась.
Когда дверь закрылась, Симона, усмехнувшись, заметила:
— У Мари можно многому поучиться. Она грациозна, как кошка, и от каждого ее движения мужчин бросает в дрожь.
Не понимая, зачем ей это сообщают, Жози спросила, где принц.
— Сейчас вам не следует его беспокоить. Возможно, в следующий раз. Он часто сюда наведывается, почти каждый день. Думаю, вам не придется долго ждать — возможно, принц придет завтра. Я всегда держу для него комнату. У вас есть одежда?
Жози растерялась.
— Конечно…
— Я спрашиваю потому, что все мои девушки очень хорошо одеваются. У меня все самое лучшее. А они, как и вы, начинающие актрисы, певицы. Мой дом посещают многие влиятельные люди, и, когда мои девушки хотят вылететь из гнезда, я их отпускаю, ибо желаю им добра…
Жози попятилась к двери. Симона удивленно взглянула на нее, но не успела вцепиться в руку девушки. Та опрометью помчалась по темному коридору, выскочила во двор и без оглядки помчалась дальше — мимо спящего в «мерседесе» шофера, вперед, по узкой улочке. Добежав до небольшой площади, она увидела автобус, вскочила в него и с трудом перевела дыхание. Только когда автобус тронулся, Жози обернулась. Никто не гнался за ней. Пустынные, тихие улицы были безлюдны. Испуганная Жози удирала так, словно по пятам за ней гналась смерть.
Глава 25
Отель неподалеку от Сорбонны, где поселился Лукас, был таким же старым и невзрачным, как другие, предлагавшие нищим студентам дешевое жилье. Лукас впустил Жози в маленькую комнату и бросился на смятую постель — видимо, она его разбудила. Жози неуверенно остановилась. Кроме широкого окна, откуда был виден какой-то памятник, девушка не заметила ничего примечательного. В комнате стояли только кровать да жесткий стул с прямой спинкой. Пустота производила гнетущее впечатление. Хотя, возможно, в другой ситуации даже такая жалкая комнатушка, но зато в самом центре Парижа показалась бы ей пределом мечтаний. В довершение ко всему в воздухе висел тяжелый запах марихуаны.
— Зачем пожаловали, принцесса?
Голос Лукаса немного приободрил Жози. К счастью, можно рассчитывать на его дружбу, и это единственное, что не менялось в ее жизни после смерти Марианны. Тайная любовь Лукаса согревала Жози, но ответить на его чувства она не могла.
— Лукас, мне нужна твоя помощь. Я так нервничаю из-за сегодняшнего выступления, что всю ночь не сомкнула глаз. Принц не понимает, что следовало бы держаться подальше от меня. — Жози умолкла, внезапно осознав, что лучше не говорить об этом Лукасу. Вовремя остановившись, она не выдала истинных причин своего беспокойства.
— Что стряслось, детка? Уж не хочешь ли ты сказать, что поцеловала своего принца и он снова превратился в лягушку?
— Прошу тебя, Лукас, мне сейчас не до смеха! Я пришла к тебе за помощью.
— Тебе всегда нужна помощь, не так ли, принцесса? По-моему, ты считаешь меня кем-то вроде няньки, — насмешливо проговорил он и глубоко затянулся сигаретой.
Жози растерянно посмотрела на него.
— Нет, что ты, мне очень неприятно взваливать на тебя свои проблемы. Просто у меня сегодня очень напряженный день, а я чертовски паршиво себя чувствую. Ты ведь говорил, что я могу прийти к тебе за помощью и рассчитывать на тебя.
— Точно. Но уж не думаешь ли ты, что моя жизнь только вокруг тебя и вертится? Не заблуждайся. Кроме того, у меня совсем не осталось пилюль. Вчера вечером я устроил распродажу и избавился от всех своих запасов.